Книги в электронном виде

Грустилин М. / Сказки

Губарев Владимир / Повести-сказки

нашему мыслеплану, я бы мог при помощи вол- шебной шкатулки понять ваши слова и разъяснить вам, кто мы такие. - И Волшебник жестом пригласил незнакомцев следовать за собой на холм. - Тото! - строго крикнул человек в желтом. - Ага, понимаю! - закивал Волшебник. - "Тото", должно быть, означает "нельзя". Выходит, ребята, мы пленники. Но в таком случае, уважаемый, не разрешите ли вы сбегать за моей шкатулкой одному из мальчиков? Он ткнул пальчиком в грудь Добрыни и снова указал на холм. По-видимому, незнакомцы на этот раз поняли Волшебника. Они коротко посовещались друг с другом, заворковав своими гортанными голосами, и тот, кто стоял впереди, указал рукой на Добрыню. - Риду! - Риду, - повторил Волшебник. - Беги, Добрыня, иначе, клянусь моей бородо

Демыкина Г. / Сказки городка Жур-Жур

Верочка, засыпай! - Ох, я красная девица, - зевнула тетя Вера. - Что-то мне и спится и лежится. Что-то мне вставать не хочется! И она не встала. А я заглянул в окошко. В домике был мальчик. Он сидел на маленьком стульчике за маленьким столом под зеленым абажуром. Он был зеленый, как кузнечик. - Эй, ты кто? - спросил я. - Эй, ты кто? - спросил он. - Я здесь живу, - сказал я. - Я здесь живу, - сказал он. Вдруг мальчишка засмеялся, подскочил, перевернулся через голову. И как зазвонит! Я увидел у него в руке МАЛЕНЬКИЙ СЕРЕБРЯНЫЙ КОЛОКОЛЬЧИК... - Ах, чтоб тебя, небыль-небылица! - закричала тетя Вера. - КТО-ТО на- рочно не дает мне спатьпочивать. А снился мне добрый молодец. Добрый мо- лодец Иван Иваныч. Эх, просыпаюсь, просыпаюсь!.. И о

Родари Джанни / Приключения Чиполино

не лю- бил. Земляничка была ласкова с Вишенкой и по вечерам, когда он ложился спать, тайком приносила ему кусочек чего-нибудь вкусного. Но в этот вечер все вкусное съел за обедом барон Апельсин. Герцогу Мандарину тоже хотелось сладкого. Он бросил на пол салфетку, взобрался на буфет и завопил: - Держите меня, а не то я брошусь вниз! Однако на этот раз вопли ему не помогли: барон преспокойно доел слад- кое, не обращая никакого внимания на Мандарина. Синьора графиня Младшая стала перед буфетом на колени и со слезами на глазах умоляла своего дорогого родственника не умирать во цвете лет. Ко- нечно, нужно было бы пообещать ему какой-нибудь подарок, чтобы он согла- сился слезть, но у графини уже ничего не осталось. В конце концов герцог Мандарин понял, что пожи

Родари Джанни / Путешествие Голубой Стрелы

й вид, который так раздражал Полубородого Капитана! Удиви- тельный огонь зажегся в ее глазах, и они стали еще более голубыми. - Я останусь здесь! - решительно повторила Роза. - Конечно, это нехо- рошо по отношению к Франческо, но вообще-то я не думаю, чтобы его огор- чило мое отсутствие. Франческо - мужчина, и он даже знать не будет, что ему делать с куклой. Вы передадите ему мой привет, и он простит меня. А потом, кто знает, может быть, эта девочка пойдет в гости к Франческо, возьмет меня с собой, и мы еще увидимся. Но почему это она говорила и говорила без конца, как будто в горле у нее было полно слов и ей приходилось выбрасывать их наружу, чтобы не за- дохнуться? Потому, что она не хотела, чтобы заговорили другие. Она боялась услы- шать отрицательный от

Другаль Сергей / Василиск

, обелиск восстановим. А о вас я слышал. Вы - Нури, бывший кибернетик. От науки, значит, ушли. А куда пришли? Вот то-то...- Гигантюк стоял, раскачиваясь. - Меня не интересует мнение бывшего. А я есть и буду! Он двинулся посередине улицы. Нури поднял зверя. - Возьмите, Гасан. Вы великий мастер, верьте мне... После Гигантюка разговор их как-то погас. Гасан игрушечник сел за работу и тем утешился. Для мастера работа всегда и цель и утешение. А Нури пошел к отведенной ему избе, возле которой его уже ждал Иванушка. Он боком сидел на широкой спине ездового хищника - Серого волка и готов был все показать и обо всем рассказать. Что может старик Ромуальдыч, Нури узнал к концу экскурсии, когда попутно выяснилось: придется-таки ему остаться в Заколдованном Ле

Дюморье Дафна / ЭрцгерЦОгиня

лась мне эрцгерцогиня, не замечали ни того ни другого". После революции эта история попала в американские газеты. Ее считали насквозь лживой, но многие старики верили ей. В начале марта эрцгерцогиня и Антон вернулись во дворец и занялись приготовлениями к свадьбе. И здесь она совершила ошибку. Им следовало бы остаться в горах. Но счастливая эрцгерцогиня пожелала поделиться своей радостью с рондийцами. Она не верила, что за такой короткий промежуток времени отношение народа могло измениться. Потом говорили, что эрцгерцог предупреждал ее, но она не захотела и слушать. "Я всегда любила народ и народ любил меня". Она так и сказала. Под влиянием переполнявших чувств, ибо любила и была счастлива, она взяла за руку Антона, подошла вместе с ним к окну и, улыбаясь, стала мах

Е. К. / Сказки

полуслове, увидев то, что он успел высечь. Глаза ее испуганно раскрылись. Она вся подалась вперед и только хотела что-то сказать, как Скульптор внезапно закричал: "Стоп! Не двигайтесь, ради всего святого, не двигайтесь! Ну, хотя бы одну минутку!" И, рванувшись назад, принялся лихорадочно работать. А Почтальонка стояла на носочках, широко раскинув руки и с удивительной легкостью сохраняя равновесие, следила за Скульптором. Поразительно, но будучи вместе всего несколько часов, они как-то сразу поверили друг в друга и научились понимать все без слов. Она не ушла от Скульптора в тот день, а через неделю и вообще перевезла к нему свои вещи. А он, пожалуй, даже и не заметил этого, потому что никуда не выходил из мастерской, погрузившись в работу, словно стараясь наверстать упуще

Зыков Евгений / Сорок три Медвежки и Мидвидятина

Искандер Фазиль / Кролики и удавы

мавшийся! Но что же дальше? А дальше Задумавшийся нам говорит, мол, если отпала ужаснейшая несправедливость по отношению к кроликам, значит, и кролики должны прекратить приятную, разумеется, для нас, несправедливость по отношению к огородам туземцев. -- Не скажет! Не скажет! -- закричали кролики хором. -- А где уверенность? -- спросил Король и обратился к Задумавшемуся, который стоял недалеко от Короля и спокойно слушал его. После своего сообщения о гипнозе он так и остался на возвышении, потому что Король велел ему остаться, чтобы, с одной стороны, никто не подумал, будто Король недоволен, а с другой стороны, чтобы долгое созерцание Задумавшегося сделало его облик более привычным и потому менее чудодейственным.

Каверин Вениамин / Сказочные повести

й шум. Все бросились на кухню. Из плиты доносились голоса. - Это они, - прохрипел Кощей. Он объявил, что желает сам пуститься в погоню. Напрасно братья умоля- ли его, напрасно главный повар доказывал, что в дымоходе - нечисто. Ко- щей прыгнул в печь и полетел по трубам... Он не ошибся - это были они. Веселый Трубочист спустился к ним навстречу, и они поднимались по старому дымоходу, а Трубочист шел впере- ди и фонариком освещал дорогу. У того места, где дымоход соединяется с кухонной печью, они останови- лись, и Мастер Золотые Руки уже засучил рукава, чтобы открыть ларец, но в это время из кухни донесся голос Кощея. - Вперед, или он догонит нас! - вскричал Трубочист. И они пустились вперед. - Стоп! - сказал Трубочист. И Мастер Золотые Руки пр

Катич Джордже / Хитрый Петр