Книги в электронном виде

Перемолотов Владимир / Тесные контакты четвертого рода

ом, можно сказать. Он, говорят, застал еще Последнюю волну Промышленного шпионажа. После тех знаменитых компаний по Чистке Рядов он приобрел, наверное, теперь уже в качестве безусловного рефлекса, одну привычку - о делах он говорил только в кабинете, при включенных детекторах излучения. Нельзя было назвать эту слабость неприятной, но жизнь окружающим она осложняла. О делах он не говорил ни в столовой, ни в коридоре, ни в зале. Все разговоры вел только в кабинете, куда нас, похоже, и вел. Я не ошибся. Он вел нас туда, словно заманивал в засаду. Пропустив вперед, отработанным, наверное, за века движением шеф включил аппаратуру. Голубоватые ветвистые молнии низковольтных искровых разрядов зашипели и заскользили между шарообразными электродами. Они, словно изящные з

КОНАРЕВ Сергей / Балаустион

одолжавшую болеть голову и промозглую сырость подземелья, его сморил крепкий солдатский сон без сновидений. *** - Эй, поганец, подъем! Встать, тебе говорят! - грубые крики прорвались сквозь плотное одеяло сна, оставляя в нем дыры, раздирая его на части, и наконец вытряхнули Леонтиска из этого теплого, уютного кокона в мрачную, освещенную танцующим рыжим пламенем реальность. - Заключенный, встать перед архонтом светлого града Афин! - голос резкий, скрипучий. Алкимах приступил к исполнению обязанностей начальника караула. Леонтиск сел на топчане, спустил ноги на пол. В помещении за решеткой кое-что изменилось. На стене появился второй факел, стало гораздо светлее. У дальнего проема, ведущего в коридор (и на волю) распахивает решетку Миарм - подтянутый, в шлем

Дрейк Дэвид / [Повелитель Островов 2.] Королева демонов

работа? Тебя учили ткать в школе для девочек? - Нет, - сухо отозвалась Лиэйн. - Конечно, госпожа Гудеа учила нас ткать в академии, наряду с другими занятиями, необходимым молодой леди, но моя мать еще раньше обучила меня ткачеству. Она замечательно ткала, хотя, конечно, до тебя ей далеко. Илна фыркнула. - И тебе тоже, Лиэйн. Но ты ткешь лучше, чем кто-либо, кого я знаю. Тебя могла бы ждать отличная карьера. И, пока девушки гадали над смыслом ее слов, Илна в первый раз коснулась кусочка ткани. Она позволила сознанию погрузиться глубже в ткань, окунаясь в слои все дальше... Козы срывали листья с кустов, что росли на скалистых склонах. Вдалеке лежали руины циклопических построек. Илна видела источник, откуда пришел этот узор, будучи не больше,

Анчаров Михаил / Дорога через Хаос (роман, пьеса.)

с¬, -- Ј®ў®ао, -- ®Ўа в­®. Ђ ўЇҐас¤ Ё¤вЁ -- § Їгв Ґ¬бп. Џ®и«Ё ®Ўа в­® зҐаҐ§ ўҐаҐй ЈЁ­бЄЁ©. ‘¬®вао,   ҐЈ® Є авЁ­л Є ЄЁҐ-в® ал¦ЁҐ бв «Ё. Љ Є Ўг¤в® зҐаҐ§ ¦с«вл© бўҐв®дЁ«мва. ‘¬®вао -- Љ­пЈЁ­п ¬®п ®вбв «  Ё ­ § ¤ Ј«п¤Ёв. -- €¤с¬... -- Џ®¤®¦¤Ё... -- Ј®ў®аЁв. ЋЈ«п­г«бп Ё п -- Єг¤  нв® ®­  ᬮваЁв? € ў¤агЈ бЄў®§м Їа®бўҐв ¤ўҐаЁ ®Їпвм Њ®а®§®ўг гўЁ¤Ґ«. ЌҐ ўбо. „ўҐам ¬Ґи « . € ў¤агЈ ўЁ¦г -- бҐаҐЎа®. Ќ  Є авЁ­Ґ -- §Ё¬ , ­® бҐаҐЎап­ п Ё зв®-в® ­ Ї®¬Ё­ Ґв. Ђ зв®? ЌҐ ¬®Јг ўбЇ®¬­Ёвм. € ў¤агЈ ўбЇ®¬­Ё« -- Ї®Ј®¤г ­ Ї®¬Ё­ Ґв, Є®в®а п Ўл« , Є®Ј¤  п ®в "„ҐўгиЄЁ б Ј®а­®бв Ґ¬" г室Ё«. -- Љ®«п, п Ґйс е®зг Ї®б¬®ваҐвм... џ в Є г¤ЁўЁ«бп, зв® Ј®ў®ао: -- Ќг ¤ ў ©. „ўЁ­г«Ёбм ®Ўа в­®. -- Љ®«п, Ї®¬Ґ¤«Ґ­­Ґ©... Џ®и«Ё Ї®¬Ґ¤«Ґ­­Ґ©,   ­ ўбваҐзг ­ ¬ ­ ¤

Анчаров Михаил / Страстной бульвар

у... Занимай его разговором как можешь долго... А я к вам бегу, мать дожидаться... Нужно, нужно. Быстрей иди, не задерживайся. Пришла балетная Татьяна. -- Вы сегодня уезжаете? -- спросила она Жигулина. -- Да. -- А зачем? Как на это ответить! Жигулин прибирал комнату, собирался помаленьку. ...Любопытство, весёлая птица... А без этого люди... жить не могут на свете... -- ...Вы слушаете программу радиостанции "Юность". Отвечаем на письма школьников, которые спрашивают у нас совета, куда пойти учиться... Это балетная Татьяна пришла к Жигулину и включила радио. -- ...Мы сидели за обедом, и вдруг вошёл Пушкин с большой толстой папкой в руках... -- по радио передавали воспоминания Керн. -- Вот так... -- сказала Татьяна

Анчаров Михаил / Прыгай, старик, прыгай

йника отыщем... Прибыли пять опытных водолазов-спортсменов. -- Тебя с ними видели на шоссе. Это ты их привёл? -- Совпадение, -- сказал Громобоев. Но она ему не поверила. Она никогда ему не верила. Ей всегда казалось, что, если она ему поддастся, он будет играть на ней как на тростниковой дудке. -- Ну, рассказывай... -- Это он попа убил... Я дозналась. -- Весь город об этом говорит. Что это за поп? Почему его Васька убил? -- Вот у города и спроси. -- Спрошу, -- покорно согласился Громобоев. Но она не поверила его покорности. -- Этот Васька был твоим любовником? -- Не совсем, -- сказала она. -- Как можно быть не совсем любовником? -- Рассказывать или как? -- спросила она. Громобоев помигал своими бесцветными г

Белый Андрей / На рубеже двух столетий (Воспоминания в 3-х кн., Книга 1.

., 1986, с. 372]. Соединение "прежнего" и "нового" - при том, что объект художественного исследования в мемуарах не мог не оставаться сугубо "прежним", - предполагало прежде всего изменение стилистики мемуарного изложения и введение новых оценочных и полемических характеристик. Официальная же "новизна" в оценке эпохи, взятой объектом мемуарной реставрации, для Белого оказывалась неприемлемой: это была по сути та же директивная догматическая схема, которую Троцкий использовал в разоблачительной статье о нем и которая в эпоху "великого перелома" не только не была отброшена, но окостенела, как истина в последней инстанции, и обжалованию не подлежала. Принципиальным идеологическим требованием, следование которому гарантировало книге "

Белый Андрей / Начало века (Воспоминания в 3-х кн., Книга 2.)

день в золото листьев Английского парка, а вечером вместе посиживали в кабачке "Симплициссимус", изучая чудачества Шолома Аша, бас пролетарского поэта, Людвига Шарфа, и постный нос, торчавший из-за копны волос, Мюзама, анархиста, будущего деятеля эпохи советов в Баварии. Гимназическая пара, Владимиров и Бугаев, в университете, став тройкой, - Владимиров - Петровский - Бугаев, - к 1901 году стала и центром стягивающегося кружка. И А. П. Печковский возникает четвертым между нами. Печковский, студент-органик, высокий, стройный, бледный, с небольшой русой бородкой и большими голубыми глазами, - тихий, добрый, мечтательный и застенчивый (из-за глуховатости), как-то самопроизвольно возник рядом; где обсуждались проблемы ли

Белый Андрей / Между двух революций (Воспоминания в 3-х кн., Книга 3.)

олотные окна!" Блок теперь поминал Сережу - с сочувственной мягкостью; стало светать; тут увидели шейный крестик, забытый на столике: зачем его снял он с себя? Л. Д. на меня покосилась с тревожным вопросом в глазах; ей ответил на мысль: "Никогда!" - "Ты уверен ли?" - переспрашивал Блок. Мы глаз не смыкали в ту ночь; и сидели на лавочке в розовом косяке восходящего солнца, передавая глазами друг другу: "Пожалуй что... окна"; в шесть часов верховые опять ускакали в лес: обследовать топи; Блок, севши на рыжую лошадь, за ними умчался галопом; говорили: надо бы заявить о случившемся в волости; надо бы обследовать ярмарку в Тараканове. Я без шапки пустился бежать по дороге в синейшее утро: ни облачка; вспоминалась кончина родителей друга;

Алексеев Сергей / Материк; Золотой капитан.

пким, искусным матом, и бабка враз замолкала, сердито хмурясь. Мне так хотелось, чтобы дедушка сказал свое "цыть", но он после ужина пошел в горницу и лег спать. - Ребенок просит... - слышал я далекий голос матери, - пускай бы играл... - Завтра он голову попросит, - сердилась бабка, - тоже снимешь и отдашь?.. Над Аркашкой смеемся, а сами... С раннего детства нас приучили бабу Олю звать мамой, а мать - матерью. Слово "мама", ласковое и нежное, доставалось бабке как почетное имя, и она всегда гордилась этим. - Меня вон внучата мамой кличут! - говорила она, - оттого что с пеленок на моих руках! А короткое и строгое - мать, - по размыслию бабки, звание ниже рангом, - доставалось матери. И пожалуй, с тех пор слово "мама" кажется мне легковесным и

Готье Неимущий (Gautier Sans Avo / ПРАВИЛА OCR-2005 ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ МЕТОДИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО (doc)

Форвард Ив / Злодеи поневоле

- Да! Равновесие... - Женщина придвинула к столу еще один чурбан и села ближе. Рысь снова свернулась в углу, и Арси с Сэмом облегченно вздохнули. - Я сразу увидела, что вы люди мрака, но не надеялась, что вы сможете понять то, что я должна вам сказать. Продолжайте есть, а я буду вам объяснять. Ухмыльнувшись, Арси сдернул с ближайшей полки буханку хлеба и принялся резать ее ножом, в котором Сэм моментально узнал свой. Впрочем, сейчас он чувствовал себя слишком усталым, чтобы беспокоиться по этому поводу. Женщина тем временем снова заговорила: - Имя мое, если вы желаете его знать, Кайлана. Я из тех, кого в прежние времена называли друидами, ну а теперь... Проще всего сказать, что я понимаю и могу использовать силы природы. - Ну конечно! - воскликнул Арси. - Как ж