Книги в электронном виде

Норс Алан / Звездный хирург

ыло бы продавать. - А я говорю, что если мы должны продавать свое медицинское искусство прежде всего для собствен- ной выгоды, то мы не достойны быть целителями ни для кого, - огрызнулся доктор Арнквист. - Ты очень убедительно излагаешь свою точку зрения, однако, если мы пристально ее изучим, то увидим, что от нее не останется ничего, кроме страха и эгоизма. - Страха? - вскричал доктор Таннер. - Чего нам бояться, если мы можем удержать наше положение? Но если мы должны уступить гарвианину, который, прежде всего, не имеет отношений к медицине, то что нам еще остается, кроме страха? - Если бы я был по-настоящему убежден, что земляне - лучшие врачи в галактике, - ответил Черный доктор Арнквист, - я не думаю, что мне пришлось бы чего-то опасаться.

Ши Джозеф / Страна по ту сторону фань шу

учала письма от вас, а ее брат отвечал, но не знал, получаете ли вы эти письма. Не знаю, сколько дней я видел только черные равнины, черные горы, черное небо, красное солнце, Оле- ненка и себя вместе с ней и с ее мертвым ребенком у наших ног. Я продолжал писать Олененку, и однажды получил один конверт с Алого Праха, в котором было два письма. Одно письмо было от Олененка. Другое - от ее брата. Она писала... "У меня сейчас в самом деле нет для тебя слов, потому что я теперь принадлежу только этому саду." Он писал... "Она инвалид; у нее ампутировали левую ногу и сейчас она живет в деревне в крытом соло- мой доме, который я построил для нее." Она писала... "С того дня, как ты улетел домой, все во мне переменилось. Эта война вызвала много не

Мураками Харуки / Кафка на пляже

о же все-таки произошло? Симптомы напоминали солнечный удар. Летом с детьми так часто бывает. Упадет один - смотришь, и другие следом валятся. Как заразная болезнь. Но ведь стоял ноябрь. Да еще прохладно, лес кругом. Ну один-двое - куда ни шло, но чтобы сразу у всех шестнадцати солнечный удар... Такого просто не могло быть. Газ! Вот следующее, о чем я подумал. Отравляющий газ, похоже, нервно-паралитический. Природный или искусственный... Но откуда ему взяться здесь, в безлюдном лесу? Однако если предположить, что это газ, тогда все логически объяснимо. Дети вдыхали его вместе с воздухом, и с ними случился обморок. А на классную руководительницу, взрослого человека, он не подействовал - концентрация не та оказалась. Ну хорошо! Чем же им помочь? Я совершенно р

Белаш Александр / Рассказы

лянув на входящего. На поверженной двери стоял, сияя мускулистым телом, несусветный амбал под два метра ростом, в меховых плавках и кожаных онучах, в браслетах и ожерелье из мослов. На его широком поясе висел длинный меч.. Топор и утюг выпали из наших рук.. Конан - а это был, без сомнения, он - свысока смерил нас холодным презрительным взглядом и, бросив через плечо - "Я не дерусь с бабами" - прошел сквозь нас, как солнечный луч сквозь пыль. Через мгновение он уже водворился на кухне. - Ну, ведьмы, - весело поинтересовался он, - что в вашем кабаке будет на ужин? Матушку как подменили. Она молча показала Конану телятину. - Так, - скривился Конан, - а выпивка есть? Матушка полезла за припр

Блиш Джеймс / Аргументы совести

литианином в холл. Здесь тоже не было ничего особенного. - В нашей планетной системе есть настоящее кольцо из малых планет, много тысяч которых, рассеяны на орбите, образуя что-то вроде огромного мельничного жернова, там где мы предполагали обнаружить планету нормальных размеров. В результате неизбежных столкновений между этими космическими телами, на Землю выпадают метеоритные дожди. До Литии, думаю, долетают лишь незначительные остатки кометных хвостов. - Трудно понять как могло возникнуть такое неустойчивое образование, - сказал Чтекса, присаживаясь и указывая гостю на другой пуф. - Можешь ли ты объяснить это? Не совсем, - сказал Руиз-Санчес. - Некоторые из нас считают, что много лет назад на этой орбите находилась нормальная планета, которая по каки

Аксаков Сергей Тимофеевич / Аленький цветочек

Мэтер Энн / В мерцании свечей

поговорю с братцем Саймоном. Хотя бы для того, чтобы сохранить хорошее мнение о себе у твоей матери. - Спасибо, - пробормотала Карен и с этой минуты, не говоря ни слова, принялась за еду. Она сознавала, что его оценивающий взгляд то и дело останавливается на ней. К ее смущению и раздражению, лицо ее вспыхнуло и отказывалось вернуться к нормальному цвету. Когда они поели, им подали кофе. Пол предложил Карен сигарету и, после того как они закурили, сказал: - Значит, ты все еще у Льюиса Мартина? - Это звучало как утверждение. - Да. У нас с Льюисом хорошие отношения, - холодно ответила она. - Не сомневаюсь, что хорошие, - вежливо согласился он. - Почему ты не вышла за него замуж? - Потому что не вышла, - отрезала Карен. - В любом случае

Стокер Брэм / Талисман мумии

ио пришел в эту комнату впервые, - ведь я взяла его котенком, чтобы показать отцу, - он проделал тот же путь. Он вспрыгнул на стол и попытался поцарапать или укусить мумию. Это так рассердило отца, что он наложил запрет на беднягу Сильвио. Лишь условное разрешение, полученное через меня, удержало его в доме. Пока девушки не было в комнате, доктор Винчестер снял повязку с кисти ее отца. Теперь рука была вполне чистой и отдельные порезы выступали на ней ярко-красными линиями. Доктор сложил бумагу поперек линии проколов, сделанных кошачьими когтями, и наложил ее на рану. Сделав это, он торжествующе поднял глаза и поманил нас к себе. Прорези в бумаге соответствовали ранам на кисти! Объяснение было излишним, и он лишь добавил: - Мастеру Сильвио

Зайдлер Людвик / Атлантида

лантидой подразумевают районы на африканском континенте, Пиренейском полуострове или же на одном из существующих ныне островов. Такие или подобные соображения возникают по мере чтения Платона и приводят порою к фантастическим выводам. Находились люди, которые "обнаружили" Атлантиду буквально на всех известных в настоящее время континентах, не исключая Арктики и Антарктики. Это не соответствует рассказу Платона. Явное упоминание о "прочих островах", о "противолежащем материке, которым ограничивался тот истинный понт" (см. места, выделенные в тексте), свидетельствует со всей очевидностью, что речь идет об острове на океане. Когда мы читаем этот отрывок, перед нашими глазами отчетливо встает берег Америки, не известный еще во времена Солона, Платона, Аристотеля и более п

Устинов Сергей / Дрянь

вение, а потом решительно шагнул в проход к ближайшей камере, делая вид, что тоже опускает монету, крутит колесики шифра. Изо всех сил он старался держаться непринужденно, не повернуть головы, но краем глаза видел: Шпак медлит захлопывать дверцу, стоит, глядя в его сторону. Потом он, все так же не отрывая взгляда от Мукасея, протянул руку и вытащил из камеры вторую сумку. Заметив это движение, Мукасей понял, что притворяться больше, кажется, нет нужды, повернулся и встретился с глазами Шпака, настороженно глядевшими на него. Шпак всматривался не больше секунды. Лицо его перекривилось: узнал, вспомнил! Подхватив обе сумки, он круто повернулся и бросился прочь. Сначала они бежали по длинному переходу, натыкаясь на прохожих, лавируя между углами чемоданов и ящиков. Ш

Урбаньчик Анджей / Невероятные путешествия

изни на уровне океанских вод. Теперь, после трудностей первой недели, казалось, что все заботы безвозвратно канули в прошлое. Неделя, как не видно и следа суши или хотя бы силуэта судна, не замечено даже самого маленького предмета, имеющего отношение к цивилизованному миру, проблемы которого стали для них далекими и чужими. Жизнь среди волн, в полной гармонии с природой, давала незабываемые ощущения покоя и свободы. Несомый течением и подталкиваемый пассатом, "Кон-Тики" плыл к далекой Полинезии путем древних мореходов. Бородатый рулевой Бенгт без усилий держал рулевое весло. Свободные от вахты члены экипажа сидели на палубе с книгами в руках. Тор-стейн и Кнут, как обычно, возились с радиостанцией или в те дни, когда особенно везло, разговаривали с далеко

Смирнов Алексей Константинович / Лето никогда

примут участие в будущем. Через считанные дни Малый Букер разберется со временем. Было приятно и жутко думать, что отцовский диск, хранящийся в мемориальном фонде, уже заказан и едет к нему, спешит в "Бригантину", чтобы поспеть к родительскому Дню. Первое, что сделает Букер - попытается опровергнуть отцовское рассуждение о времени. Не потому, что не согласен, вовсе нет, но из принципа. Он выдумает что-нибудь замысловатое, он так повернет слова, что Ботинок и вправду опрокинется на лопатки, и будет уважать, и... - Букер! Букер пришел в себя и увидел, что на него с жалостливым презрением смотрит Леша. - Какое там мужество, - вожатый безнадежно вздохнул. - Тебя же голыми руками взять можно. Проснулся, очухался? Расскажи про подвиг Вали Репшиной. Л