Книги в электронном виде

АННА КЛИМЕНКО / ПОСЛЕДНИЙ МАГИСТР

АННА КЛИМЕНКО ПОСЛЕДНИЙ МАГИСТР ХРОНИКИ ИМПЕРИИ – 1 Аннотация Черная цитадель. Черный город, окруженный многовековыми черными стенами. Какие тайны скрываются за ними? Почему он спустя века опустел и оказался заперт? Почему маги, пытавшиеся проникнуть туда и разгадать его тайны, все как один погибали? Почему так волнует и людей, и народ дэйлор легенда о Последнем Магистре, которым сможет стать тот, кто сумеет войти в Черный город, преодолев все его ловушки? И не слишком ли велика цена, что заплатит смельчак, попытавшийся использовать для достижения этой цели темную Силу, изменяющую суть любого, кто продастся ей? ПРОЛОГ Альхейм сонно щурился на яркое, умытое весной

МИХАИЛ КЛИКИН / ЛИЧНЫЙ ДРУГ БОГА

МИХАИЛ КЛИКИН ЛИЧНЫЙ ДРУГ БОГА ЛИЧНЫЙ ВРАГ БОГА – 2 Аннотация Ему говорят, что он бессмертен. Его убеждают, что он умер. Сам он еще верит, что это игра. Но ему предстоит узнать, что игры давно закончились. Глеб Истомин — так его зовут. Раньше он часто посещал виртуальный мир. Теперь он не знает, как его покинуть. Герой пытается разобраться, что с ним случилось. Путь его полон опасностей, чудовища подстерегают его, люди ведут на него охоту. Глеб ищет тех, кто знает правду. Но нужна ли эта правда ему? В начале XXI века гигантская корпорация заинтересовалась исследованиями мозга. Она не жалела денег, разрабатывая перспективное направление Лучшие нейрофизиолог

АНДРЕЙ КЛИКАЧЕВ / ПОЗЫВНЫЕ ИЗ НОЧИ

АНДРЕЙ КЛИКАЧЕВ. ИСААК БАЦЕР ПОЗЫВНЫЕ ИЗ НОЧИ ОТ АВТОРОВ Эта повесть о патриотизме и мужестве разведчика Алексея Орлова и еще многих отважных людей. Не все герои этой книги сегодня с нами. Но все они в наших сердцах. Им посвящают славные свои дела те, кто бережно хранит память о минувшем. Это - документальная повесть, ибо здесь нет выдуманных героев и событий, только некоторые фамилии мы сочли необходимым изменить. Авторы выражают благодарность сотрудникам партийного архива Карельского обкома КПСС и Комитета государственной безопасности при Совете Министров Карельской АССР, а также непосредственным участникам и очевидцам описываемых событий, - всем, кто фактическим материалом и советами способствовал появл

ВАСИЛИЙ КЛЕПОВ / ЧЕТВЕРО ИЗ РОССИИ – 2

ВАСИЛИЙ СТЕПАНОВИЧ КЛЕПОВ ЧЕТВЕРО ИЗ РОССИИ ЧЕТВЕРО ИЗ РОССИИ – 2 Эту историю я рассказывал еще в 1945 году своему сыну Всеволоду. Но сейчас его нет, и он никогда уже не сможет прочитать книгу, которую так ждал. Теперь с повестью ознакомятся тысячи мальчиков и девочек, таких же смелых, честных и отважных, каким был он. Светлой памяти сына посвящаю эту повесть. – Не узнаете? Высокий парень ростом под самую притолоку стоял в дверях и широко улыбался мне, как старому знакомому: – Я – Молокоед. Помните? Откровенно говоря, я давно перестал думать о Васе. Шустрый чернявый мальчишка с озорными карими глазами встретился на моем пути и исчез. Я знал, что его книга имела неожиданный успех и была дважды издана в Свердловск

ВАСИЛИЙ КЛЕПОВ / ТАЙНА ЗОЛОТОЙ ДОЛИНЫ

ВАСИЛИЙ СТЕПАНОВИЧ КЛЕПОВ ТАЙНА ЗОЛОТОЙ ДОЛИНЫ ЧЕТВЕРО ИЗ РОССИИ – 1 Описание удивительных похождении Васьки Молокоедова, Димки Кожедубова и Левки Гомзина во время прошлой войны, сделанное В. Молокоедовым и им же снабженное разными примечаниями и рисунками Жители Острогорска до сих пор рассказывают об одной истории, которая наделала в свое время много шума. Я имею в виду, конечно, «золотой поход» Васи Молокоедова. Еще по горячим следам я пытался написать о нем повесть. Но пылкая фантазия острогорских ребят уже наплела вокруг этого похода таких узоров, что невозможно было отличить правду от вымысла. И вот тогдато у меня дома неожиданно появился сам герой повести Вася Молокоедов. Он принес мне почитать три довольно объемистые тетради. Запис

КИЧ МАКСИМ / ДРЕВО ЖИЗНИ

КИЧ МАКСИМ ДРЕВО ЖИЗНИ Как тяжело ходить среди людей И притворяться непогибшим И об игре трагической страстей Повествовать ещё не жившим. И, вглядываясь в свой ночной кошмар, Строй находить в нестройном вихре чувства, Чтобы по бледным заревам искусства Узнали жизни гибельный пожар. Александр Блок Часть 1. Корни. Князь. "За день до зимы"    Огни светомузыки ритмично вспыхивали, подчиняясь пульсу низких частот. Из установки были выкручены все лампочки, кроме красных, так что казалось, что бар стоит над разрезанной артерией. В багрянце вспышек исписанные граффити кирпичные стены казались ещё более выщербленными и пыльными, чем были на самом деле. Две стоваттные колонки давали ощущение потолка где-то на уровне пяти сантиметров над полом.    Мишура магнитофонной п

КИСЕЛЁВА ИРИНА / ХРУПКОЕ СЧАСТЬЕ

КИСЕЛЁВА ИРИНА ХРУПКОЕ СЧАСТЬЕ Предисловие. Эту сказку я создала для себя одной, для самого нежного и пу- шистого в самом сокровенном закоулке души, я шла любовно и береж- но по самым дорогим тропинкам памяти. Я изменяла иногда свои вос- поминания, рисуя то, что хотела бы иметь и никогда не имела... Они вырывались иногда, мои герои, не подчинялись моей воле, начинали вдруг действовать самостоятельно, и я уже не могла пре- дугадать их следующий шаг, не могла вовремя остановить и убе- речь... Это самое загадочное в процессе творчества: созданные одной лишь фантазией герои перестают вдруг тебе подчиняться. Только вот... одной ли фантазией?.. Она - отражение моих желаний и самых сокровенных чувств, са- мых смятенных мыслей и самых с

АРТЁМ КИВШАРЬ / ХРОНИКИ ЛЕРОНА

АРТЁМ КИВШАРЬ ХРОНИКИ ЛЕРОНА Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя. Ф. Ницше ЧАСТЬ 1 ГЕРЦОГ ЧИСТОЙ ЗЕМЛИ ПРОЛОГ Судьба выделывает коленца Я вернулся. Меня встречал дождь, теплый летний дождь. Запах мокрого асфальта щекотал ноздри. Я стоял на площади и плакал. Слезы катились по щекам, слезы радости и слезы печали. Тяжелые капли били в лицо, смывая их, но я продолжал стоять на главной площади Города, который был мне до сих пор очень дорог, и поэтому слезы текли и текли. И поэтому слегка покалывало в груди. Не знаю, сколько прошло времени, пока отхлынула эта волна ностальгии, но первое, что я понял, придя в себя, это то, что моя одеж

Андрей КИВИНОВ / ФЕЙЕРВЕРК

АНДРЕЙ КИВИНОВ ФЕЙЕРВЕРК Аннотация Долгожданная новинка от Андрея КИВИНОВА, по книгам которого сняты любимые миллионами зрителей телесериалы «Улицы Разбитых Фонарей» и «Убойная Сила». — Ты куда? — На службу, — торопливо завязывая шнурок, буркнул Максим Максимович, — в ларёк. — Рехнулся? — стоявшая на пороге комнаты супруга потёрла виски руками, выходя из полусонного состояния, — пять утра. — Рефлектор я не вырубил. — Какой ещё рефлектор? — Электрический. Спираль открытая, не дай Бог бумага займётся. Иди, спи. Я быстро. Туда и обратно. Максим Максимович выпрямился, накинул пуховик и проверил на месте ли ключи от ларька. — Тебе не п

Андрей КИВИНОВ / УГОЛ ОТРАЖЕНИЯ

АНДРЕЙ КИВИНОВ УГОЛ ОТРАЖЕНИЯ Аннотация Долгожданная новинка от Андрея КИВИНОВА, по книгам которого сняты любимые миллионами зрителей телесериалы «Улицы Разбитых Фонарей» и «Убойная Сила». 1965 год. Ленинград — А нука, гражданочка, потеснимся! Ещё чутка… — Да вы ж меня расплющите, как селёдку! — Всем ехать надо… Ленька плечом подтолкнул полнотелую даму, которой никак не грозило превратиться в селёдку, вскарабкался на ступеньку троллейбуса, выдохнул и вытянулся в струнку. Дверьгармошка зашипела и коекак захлопнулась за спиной. Все, порядок. Водитель, трогай… Троллейбус дёрнулся, пассажирская масса пошла назад. Ленька мгновенно переместился на более удобную позицию

Андрей КИВИНОВ / СЮРПРИЗ

АНДРЕЙ КИВИНОВ СЮРПРИЗ Аннотация Долгожданная новинка от Андрея КИВИНОВА, по книгам которого сняты любимые миллионами зрителей телесериалы «Улицы Разбитых Фонарей» и «Убойная Сила». — Девушка, мы закрываемся… Поторопитесь или приходите утром. — Да, я сейчас, — Даша в который раз скользнула глазами по витрине отдела мужской кожгалантереи, — ещё вон ту сумочку покажите, если не трудно. Во втором ряду, справа. Продавщица, не скрывая раздражения, повернулась к стеллажу. Ну сколько можно выбирать? Кажется, эта дамочка торчит возле прилавка второй час. Хорошо, универмаг закрывается. Дотянувшись до стеллажа, она сняла небольшую изящную барсетку из чёрной кожи. — Эт

Андрей КИВИНОВ / СМЕРТЬ ПОД ТРАКТОРОМ

Андрей Кивинов СМЕРТЬ ПОД ТРАКТОРОМ Сначала была любовь. Мы растворялись в нирване блаженства, как карамельки "Чупа-Чупс" на горячих губах, мы ныряли в бескрайний океан удовольствий, доставая до самого дна, кружились в водовороте безумных фантазий, подобно пузырькам в бутылке "Пепси". Я задыхался в колдовских объятиях, целовал вишневые губы, наслаждался прелестью форм, сверкающей белизной зубов и ароматом бархатной кожи. Мне хотелось вопить от радости, как футболисту, забившему решающий мяч в финале Кубка Мира, как помилованному смертнику, как счастливому студенту, наконец сдавшему сопромат... Со сверхзвуковой скоростью я мчался к финальной точке этого безумного путешествия. Вон она, вон она сверкает и приближается. Я уже различал посадо