Книги в электронном виде

Александр Мирер / Голубой кит

-- Мам, где такое место, сорок северной и семьдесят западной? -- Простите, -- извинилась мама перед соседкой, а та сладко улыбнулась. -- Сорок градусов северной широты, семьдесят западной долготы... Атлантика. Где-то у берегов Соединенных Штатов... Да, в районе главного хода. -- А как его найти в атласе? -- Не его, а ее. Это точка, условная точка в океане. -- Я знаю, знаю! -- торопилась Катя. -- Пересечение воображаемых линий. Мам, а мам, покажи мне в атласе! -- Что за спешка такая? -- Мама показала глазами на Марианну Ивановну, но та сама догадалась, что разговоров про чудные мгновения больше не будет. Катя взгромоздила атлас на обеденный стол, и получилась скатерть. Полстола занимала Азия, и полстола -- изнанка Европы. От атла

Росс Томас / Маккоркл и Падильо1

зад. Но и на этот раз я остался в кресле, наблюдая, как толстый немец пьет мое виски, оправдывая бездействие нарастающим любопытством. Маас прошествовал к креслу. - Так вот, вы не удосужились сообщить полиции о том, что ваш компаньон присутствовал при этом печальном событии. И теперь мне достаточно позвонить в полицию, даже не меняя голоса. Всего-то нужно сказать три-четыре слова. Это, по шахматной терминологии, шах. - Маас чуть наклонился вперед. Его лицо лоснилось и покраснело от виски и усталости. - Но мне известно и другое, герр Маккоркл. Я знаю, куда отправился герр Падильо и почему. А вот это, и вы, я думаю, согласитесь со мной, уже мат. Глава 6 Если он и блефовал, я не стал выводить его на чистую воду. Дал одеяло, предложил катиться к чертовой

Марина ВОРОНЦОВА / СВАДЕБНЫЙ НАРЯД ВНЕ ОЧЕРЕДИ

а вырос тучный внучек. Его рыжая бородка клинышком и очки в золотой оправе выгодно оттенялись светло-серым костюмом из чрезвычайно добротной ткани. Должно быть, уже собрался в свой банк. - Я же говорил! - победно проскрипел Карл Фридрихович. - Семочка, этот человек утверждает, будто бы тебя не надо встречать из школы! Скажи мне честно, тебя исключили? Ты напроказил? Я в твоем возрасте был ужасный проказник. - Ты и сейчас еще тот, - согласился Семен Борисович, закатывая коляску с дедулей в дом. Мне даже завидно стало. Все-таки семья - великая сила. Буквально от всех моих подруг я слышу беспрерывные стенания о том, как им тяжело живется, что их дом - дурдом, где нет ни роздыху, ни вздоху. Тем не менее стоит их квартирам опустеть на недельку - начинается обра

Андрей Травин / Термины и жаргон Интернета

Екатерина Вильмонт / Криминальные каникулы

ий Вовкин урок. Насчет кило я не была уверена, но продавец, видимо, меня понял. Он взял пакет и насыпал туда штук пятнадцать апельсинов. Я замотала головой и показала ему один палец. - Эхад, эхад! - твердила я, а он, радостно смеясь, закричал: - Матана, матана! Ничего не понимаю! Что он от меня хочет? На бумажке стояла цена - 1,5 шекеля. Я достала из кошелька две монетки - шекель и 50 агорот и решительно протянула продавцу. Мотька смотрела не столько на Нальчика, сколько на меня. В ее взгляде читалось восхищение. Продавец взял деньги и подал мне пакет, где было как минимум три кило. Совсем дурной, что ли? Но я взяла пакет и, пожав плечами, подошла к Мотьке. - Что это значит? На кой нам столько? - Я ему заплатила за килограмм, а если он псих,

Екатерина ВИЛЬМОНТ / ДУРАЦКАЯ ИСТОРИЯ

то с ним делать! Ой, спасибо! Понимаете, Лев Львович, я его не один нашел, а с ребятами... А можно мы все к вам приедем? Нас? Четверо! Две девочки, я и еще мой друг! Хочется, чтобы они все своими ушами слышали. Правда? Вот спасибо! Ой, Лев Львович, это будет здорово! К десяти будем у вас. Спасибо огромное! До завтра! - А он храбрый, твой Лев Львович! - усмехнулся Митя. - Почему? - Ну, впустить к себе целую ораву ребят... Будучи ювелиром... - Митяй, ты что? Он же меня знает! - Правда, Мить, что ты еще придумал! - воскликнула Мотька. - Ты, Коська, это отлично придумал - пойти туда всем вместе! Мы посидели еще часок, говоря о разных разностях, а потом мальчишки ушли. - Моть, ты у меня сегодня переночуешь? - Нет, Аська, я домой

Екатерина ВИЛЬМОНТ / ОПЕРАЦИЯ МЕДНЫЙ КУВШИН

- закричал Валерка. - Надо только придумать какую-нибудь отмазку для мамы. - По-моему, твоя мама так рада, что ты наконец оторвался от компьютера... - Это верно! На этом я и сыграю... Тогда сейчас я пойду, а в три встречаемся у церкви. Именно там мы условились ждать Лутовинова. Когда мы собрались у церкви, я невольно фыркнула - наверное, со стороны мы выглядим забавно - живая диаграмма. Самая высокая - Лика, за нею я, за мной Валерка, а меньше всех ростом Матильда. Но не успела я об этом подумать, как к нам подкатила синяя "Хонда", за рулем которой сидел Лутовинов. - Приветствую вас! - сказал он с улыбкой. - Залезайте! Я села рядом с ним на правах старой знакомой. И представила Лутовинову Валерку. - Весьма рад! - сказал Святослав Витальевич.

Андрей Троицкий / Операция Людоед

лчин уже преодолел метров двадцать, но конца спуску все не было. Луна спряталась за серые облака. Песок под ногами осыпался. Когда подметки не находили твердой опоры, Колчин падал на бок, замирал и прислушивался. Но никаких новых звуков не было. Только монотонный шум прибоя сделался ближе, где-то вдалеке, на склонах холмов, застрекотали цикады, а ветер, дувший с моря, едва слышно шуршал песком и стеблями высохших диких цветов. Еще Колчин слышал, как наверху по трассе проехали два автомобиля, судя по звукам двигателей, легковушки. Одна машина прошла в сторону Махачкалы, другая в обратном направлении. Путешествие к подножью склона затруднялось тем, что в правой руке Колчин сжимал рукоятку пистолета, а левая свободная рука отказывалась работать. Упав в очередной раз, Кол

Екатерина ВИЛЬМОНТ / СЕКРЕТ МАЛЕНЬКОГО ОТЕЛЯ

ал - столиков десять, не больше, с темной деревянной лестницей в глубине. Народу немного - занято всего два столика. Навстречу нам вышел сам месье Жером - высокий усатый человек в длинном белом фартуке. Он радостно приветствовал Ниночку, и, пока мы с Мотькой усаживались за столик у окна, они о чем- то щебетали по-французски. Но вот Ниночка вернулась к нам, и месье Жером тут же подал каждой из нас меню. Матильда только глазами хлопала. - Итак, Мотя, ты хочешь устриц? - Я не знаю... - Ася, а ты? - Я точно хочу! И Матильда тоже хочет. - Хорошо, потом, я думаю, надо взять морской язык, его здесь изумительно готовят! - Морской язык? Это что? - испуганно спросила Мотька. - Это рыба такая, очень вкусная! - Хорошо, возьмем морской язык! - заяв

Рекс Стаут / Смерть хлыща

мяса и отправила в рот. Она часто поступала так и разговаривала, пережевывая пищу. - Дело вот в чем, - произнесла она. - Если бы не убили этого Броделла, Арчи сейчас не сидел бы с нами. Он уехал бы еще три дня назад. Значит, убийца подыграл нам. Можете не квалифицировать эту мысль. Она безусловно ужасная. - Мы отблагодарим убийцу, когда узнаем, кто он, - сказала Лили. Диана проглотила мясо и откусила кусок картофелины. - Я вовсе не шучу, - заметила она. - Мысль, конечно, жуткая, но она натолкнула меня на задумку написать пьесу. Пьесу о женщине, которая совершает ужасные поступки - без конца врет, ворует, шельмует, отбивает чужих мужей и может даже убить кого-нибудь. Зато всякий раз ее дурной поступок оборачивается

Автор Неизвестен / Убийство в Долине царей

лина" и впрямь производила впечатление ухоженностью и изначально заложенным распорядком. -- Ну как? -- спросил Навыдов, подозревая во мне клиента или его доверенное лицо. -- А где похоронят Шекельграббера? -- спросил я. -- В какой из этих ям? Мужик на секунду замешкался. -- Вы из милиции? -- Нет, из смежной организации. -- Понятно без названия, -- буркнул Навыдов. -- И что от меня надо?... Шекельграббера видел недели за две до смерти. Был обычный, о смерти не заикался. В личную жизнь не посвящал. Он вообще к нам относился, как Горький, -- только в народ заходил: водки выпить, "козла" забить на перевернутом ящике, матом поругаться вволю. -- Опрелина вы хорошо знаете? -- Слабак. Такое впечатление, что его ежедневно б

Элизабет Питерс / Неугомонная мумия

н наслаждается моментом; разочарование не заставит себя ждать, когда он поймет, что обречен несколько дней (и ночей) терпеть общество сына. Рамсес не мог жить в одной комнате с больным Джоном, да и Джону вряд ли пойдет на пользу столь беспокойное соседство. Он едва справлялся с нашим чадом, даже когда находился в полном здравии. Основная ноша, естественно, падала на мои плечи. Вызвав коридорного, я отправилась распаковывать вещи. 3 В тот же вечер мы должны были ужинать с нашим старым другом шейхом Мохаммедом Бахсуром. Он происходил из бедного бедуинского рода и унаследовал орлиные черты и мужественность представителей этого славного племени. Рамсеса решено было взять с собой - оставить его в гостинице на попечении больного Джона нам даже в голову не при