Книги в электронном виде

Гуревич Георгий / Мы - из солнечной системы

ля осушения: цепи островов, узкие проливы. Долой моря Яванское, Сулу, Целебес, Банда и Арафура! Ириан, а за ним и Австралия прирастают к единому материку, к Старому Свету. Продолжаем наступление. Направление его подсказывают пунктиры рстровов: Бонин - Каролинские - Соломоновы - Новая Зеландия-у океана отторгнуты еще три моря. Теперь, накопив силы и опыт, наносим удар в самое сердце ркеана. Направление главного удара: Фиджи-СамоаТаити. Фронт прорван южнее экватора. Развиваем успех на север и на юг. Опорных пунктов здесь почти нет: горные цепи придется проектировать заново, вести их по трассам подводных хребтов. В час ночи Ота присоединяет к материку Гавайи, в два-Новый Свет сливается со Старым. Это было упоительное занятие, и, в чем его смысл, Ота сам не мог объяснить себ

Галь Нора / Слово живое и мертвое

ни, когда развертывается действие романа, ни к обстоятельствам (ссора влюбленных!), ни к характеру героя никак не подходит. Куда правдоподобней в устах этого героя прозвучало бы: и вот к чему она (ошибка) привела, и вот что из этого вышло. Тот же юноша (весь роман написан от его лица) говорит: "Я долго бродил в одиночестве и читал сам себе нотации".Пожалуй, он еще мог бы читать себе нравоучения, а в согласии с его характером и с эпохой вернее: сам себе выговаривал, осыпал себя упреками. А вот другая книга, где тоже рассказ идет от первого лица, то есть требует особенно естественной, непринужденной интонации, да и герой-рассказчик еще моложе - совсем мальчишка, ему всего 14 лет, и время еще более раннее - XVI век... И однако в переводе он изъясняется то как современн

Диш Томас / Геноцид

- а они, как и озеро, все таяли и таяли - были заняты расчисткой территории под поля. Расчищали столько, чтобы как раз хватило сил обработать их на следующий год. После этого они сами попытались пустить корни и толком обосноваться. Кроме материалов, которые им удалось вытащить из старого города, у них было немного древесины. Растения для строительства не годились, а издавна росшие здесь деревья большей частью уже прогнили. У людей под рукой была глина, но делать кирпичи они не умели, а вопрос о каменоломнях не имело смысла и поднимать. Таким образом, они перезимовали в большой соломенной хижине, стены и потолок которой сплели под руководством Мериэнн. Ноябрь стоял холодный, погода была отвратительная, но пальцы не мерзли, если были заняты плетением. Однажды в декабре

Колобова В. В. / Григорий Явлинский (в архиве 20 файлов)

Купер Джеймс Фенимор / Хижина на холме

и все были кончены, и он остался в колонии в качестве садовника. Мод играла в волан с маленькой разбивальщицей, заставляя ту поминутно бегать. Вдруг негритянка дико вскрикнула. - Что с тобой, Дездемона? - спросил капитан, недовольный, что прервали его думы. - Сколько раз я говорил тебе, что Господь Бог не любит этих диких вскрикиваний. - Но, мистер, это так неожиданно... посмотрите, вон старый Ник! Действительно, вдали показался Ник. Целых два года он уже не заглядывал в хижину на холме. - Вероятно, есть что-нибудь важное, он так быстро бежит, - сказал капитан. - Два года мы не видели его. Он рассердился на меня за то, что я не купил у него другого бобрового пруда, за который он просил бочонок пороха. - Может быть, Гуг, он серьезно рассердился на н

Купер Джеймс Фенимор / Палач, или аббатство виноградарей

к, и другое - мы, корабельщики; мы рады ухватить кусок, когда погода позволит, а ему пропитание обеспечено - так станет ли он лезть из кожи вон ради случайного нанимателя! "Винкельрид" будет томиться от безделья в то время, как свежий западный бриз овевает его мачты, а благородный господин - изнывать от скуки у ворот, кляня нерасторопность городских чиновников, прежде чем этот малый успеет вернуться. Уж я-то знаю этого плута и потому посоветовал бы вашей светлости подыскать другое средство. Батист выразительно взглянул на полицейского чиновника, надеясь, что путешественники прекрасно поняли его намек. Пожилой аристократ, лучше капитана умевший судить о людях, бросил на служителя испытующий взор и понял, что не стоит ронять себя, предлагая тому взятку. Несмотря на то

Эмис Мартин / Деньги

- Каким именно? - Ну... в бассейн иногда хожу. Еще теннис. - Серьезно? Он потребовал принести счет. Я потянулся за смятыми купюрами в кармане брюк. Сильной левой рукой Филдинг удержал мое запястье. Поднимаясь, я увидел, как он достает из бумажника пятидесятку, одну из толстой пачки. У выхода Филдинга ждала машина - шестидверный "автократ" длиной в полквартала, с пижонски прикинутым шофером и черным телохранителем. Мы поехали в старую гангстерскую бифштексную на Бруклин-Хайтс. Я восхитился. Разговор шел о деньгах. С теми инвесторами, которых предлагал Филдинг, все должно было быть тип-топ. Да ладно, подумал я, в худшем случае расколем его папочку. Филдинговского отца звать Берил Гудни, ему принадлежит пол-Вирджинии. Может, мамашу его тоже зват

Уэйс Маргарет Хикмен Трэйси / [Камень владычества 3.] Волшебный кинжал

ом толстого трактирщика и может представить необходимые доказательства. Доказательства он действительно представил, в том числе и толстую рыже-полосатую кошку - прапраправнучку Тэбби из Старого Виннингэля. Его доводы сочли убедительными и право названия оставили за ним. В день, когда король переселился во дворец, воздвигнутый для него в новой столице, распахнула свои двери и новая "Толстуха Тэбби". С тех пор трактир оставался в руках одной семьи. За это время успело смениться три поколения владельцев. Толстые рыже-полосатые кошки исправно плодили таких же котят. Днем очередная Тэбби дремала на солнышке, а вечером переходила дремать в трактир и иногда даже ловила мышей. Трактир быстро полюбился династии баронов Шадамеров, один из которых помог хозяину справиться с круп

/ Базовый курс по рынку ценных бумаг

Ван Гулик Роберт / [Судья Ди 08.] Красная беседка

сенило. На террасе танцовщица сказала, что скоро станет женой богатого и высокопоставленного чиновника, который к тому же пишет стихи. А ведь Ло - поэт и признавался, что располагает большими средствами! Такой поворот дела немало позабавил Ди. По всей видимости, его любвеобильный собрат, расследуя самоубийство Ли Линя, воспылал нежной страстью к Владычице Цветов. В какой-то момент Ло, утратив самообладание, опрометчиво пообещал выкупить красавицу и сделать своей женой. Это объясняло его внезапный отъезд, больше похожий на бегство. Безотлагательное государственное дело, как же! Очевидно, добродушный Ло вскоре понял, что связался с честолюбивой и безжалостной женщиной, способной не колеблясь принудить его к браку, угрожая в противном случае донести о непозволительной бл

Ван Гулик Роберт / [Судья Ди 13.] Убийство гвоздями

почувствовав, как у него запершило в горле. Должно быть, он все-таки простудился сегодня утром в доме у Паюня и сейчас предпочел бы уютный обед в теплом зале. Терраса была освещена многочисленными факелами, мерцающий свет которых освещал четыре импровизированных стола из толстых досок, уложенных на подставки и поставленных под прямым углом друг к другу. В центре свободного квадрата стояла огромная жаровня, в которой тлели угли. Вокруг нее стояли слуги, жарящие куски мяса на длинных железных вилках. Чу Таюань пригласил судью сесть на легкий складной стул, между собой и мастером Ляо. Старшину Хуна и Тао Ганя посадили за стол справа, вместе с секретарем Чу, Ю Каюном, напротив двух пожилых людей, которых Чу представил как мастеров гильдий торговцев бумагой и в

Ван Гулик Роберт / [Судья Ди 14.] Пейзаж с ивами

ту за честь присутствовать на нем, госпожа, ибо питал к вашему мужу глубокое восхищение. Он был единственным из так называемой "старой знати", кто деятельно участвовал в жизни города. Большая часть благотворительных учреждений была основана им, и он же, фактически в одиночку, поддерживал их материально. Для вас потеря такого спутника - тяжелый удар, госпожа. И все-таки я надеюсь, мысль о том, что весь город скорбит вместе с вами, хоть немного облегчит вашу боль. Вы позволите мне предложить вам чашку чаю? Она с поклоном приняла чашку обеими руками, и судья обратил внимание, что ее указательный палец украшает золотое кольцо с прекрасным голубым камнем - таким же, как и в серьгах. Внезапно его охватило глубокое сострадание к этой спокойной, преисполненной чувства собстве