Книги в электронном виде

Кецельман Игорь / Из записок перевозчика животных

Киз Дэниэл / Цветы для Элджерона

тобы играть с ним и не знаю за чем мне сестра но она была красивая как кукла. Только все время плакала. Я ни разу не сделал ей больно. Ее положили в кроватку в спальне и один раз я услышал как папа сказал не бойся Чарли не сделает ей ничего плохого. Она была похожа на комочек вся розовая и вопила так что я ни как не мог уснуть. Один раз когда они были на кухне а я лежал в кровати она заплакала. Я встал взял ее и стал качать чтобы успокоить как мама. Но тут вбежала мама отобрала ее и ударила меня так сильно что я упал на кровать. Потом она начала кричать. Не смей прикасаться к ней. Ты сломаеш ей что нибудь. Она совсем маленькая. Не подходи к ней. Тогда я не знал но теперь мне кажется она боялась что я сделаю ей что ни будь плохое потомучто я был с

Кизи Кен / Над кукушкиным гнездом

ькой форы, маленькой слабины, а уж тогда накидывай веревку и тяни, не отпускай. Все время. Вот как их приводят в чувство, учила она. Остальные появились двумя годами позже с промежутком в месяц, и до того похожие, что я подумал, она заказала копию с того, который пришел раньше. Оба высокие, узкие, костлявые, и на лицах их высечено выражение, которое никогда не меняется, - как кремневые наконечники стрел. Глаза - шила. Коснешься волос, и они сдирают с тебя кожу. Все трое черные, как телефоны. Это она по прошлым санитарам поняла: чем они чернее, тем охотней занимаются мытьем, и уборкой, и наведением порядка в отделении. Форма, например, у всех троих всегда белее снега. Белая, холодная и жесткая, как у нее самой. Все трое носят белосне

Ким Анатолий / Мое прошлое

му из них принадлежал дом и почему эти люди жили вместе. Была там девушка Панна, полненькая, круглолицая, с ямочками на щеках, с белокурыми кудрявыми волосами. В отдельном чуланчике размещался молодой мужчина, уходивший на службу в синем мундире с золотыми нашивками и в форменной фуражке,- не то летчик гражданской авиации, не то юрист, как полагаю я теперь. А в закутке около русской печки располагался на дощатом топчане слепой человек по имени Алексей. На табуретке возле его постели всегда стоял старенький баян со стертыми перламутровыми пуговками-клапанами. Пять лет назад прошла самая страшная для России война, после которой многие люди вдруг оказались в обстоятельствах одинокого существования. У одних погибли или развалились семьи, у других они еще не образовались, а многие,

Ким Анатолий / Стена: Повесть невидимок

усторонним, а изнутри самой жизни. И она внезапные мои переходы в другую тональность или в иной диапазон бытия воспринимала как фальшь и попытку унизить и оскорбить ее персонально. Но дело в том, что и тогда и теперь мы оба не знали и не знаем, кто же из нас на самом деле принадлежит той жизни, а кто вывалился туда из какой-то иной, параллельной, действительности. Потому что я видела, глядя на Валентина, как он беспомощно барахтается в житейских протоках, несомый их мутным течением, - и ему по-настоящему страшно, куда его вынесет, и очень интересно, что с ним будет потом. А мне было безразлично, куда меня вынесет и что будет со мною потом. Я рано узнала, - мне кажется, всегда знала, - в этой жизни я прошлась мимоходом, залетела сюда случайно и скоро вылечу снова туда, откуда зая

Киньяр Паскаль / Все утра мира

акричал Марен и вскочил с места, пытаясь отнять виолу. Однако господин де Сент-Коломб уже не владел собою. Он метался по комнате, ` ', e(" o виолой в воздухе. Марен Маре бегал за ним, простирая руки к своему инструменту, дабы помешать учителю совершить самое ужасное. Он кричал: "Нет! Нет!". Мадлен, скованная ужасом, беспомощно теребила передник. Туанетта же, встав со стула, бросилась к мужчинам. Сент-Коломб подбежал к очагу, размахнулся и со всею силой ударил виолу о каменную кладку. Зеркало над камином раскололось от сотрясения. Марен Маре сжался в комок и завыл. Господин де Сент-Коломб швырнул обломки виолы на пол и принялся топтать их своими ботфортами. Туанетта пыталась оттащить отца за полы, зовя его по имени. Миг спустя все четверо смолкли. Т

Киселев Андрей / Повесть о Сонечке

Клейн Жерар / Рассказы

цдарм, чем зоопарк, где легче укрыться воинственным пришельцам? Их внешний вид не позволяет им проникнуть в наше общество. При минимальных мерах предосторожности они обретут и убежище, и место подготовки. Зоопарки имеются во всех столицах и крупных городах Земли. Именно поэтому я обращаюсь ко всем директорам зоопарков с настоятельной просьбой проверить, не появились ли в их коллекциях новые, неведомые виды животных. Не думаю, что умным и решительно настроенным пришельцам трудно попасть в зверинец в качестве экспонатов. Как ни чудовищны и ни отвратительны они на вид, они могут найти людей, готовых продать родную планету из жадности или глупости. Судно из далеких стран, зверинец цирка могут стать троянским конем. Директора зоопарков, и в этом их нельзя упрекать, всегда рады нов

Клима Иван / Рассказы

о сих пор не рухнула вниз? Канатоходец отложил колеса, принес столик, стул и сел, с противопо- ложного конца каната к нему направлялась его подруга, одетая официант- кой, на руке - поднос с горой тарелок. Я силился разглядеть ее лицо, но она была слишком высоко надо мной, да и будь она ближе, будь она и вправду той моей акробаткой, разве я мог бы теперь узнать ее? Она поставила на столик тарелки, а я все еще вглядывался в ее черты, точно она, если это была она, могла стать моей заступницей, могла при- нести мне какое-то послание или надежду. Номер кончился. Оба артиста отложили реквизит; мужчина взял рупор и, обратившись к зрителям, стал зазывать к себе наверх, обещая любого без доли риска пронести на спине из одного конца каната в другой. К нему по- д

Климов Григорий Петрович / Крылья холопа (Песнь победителя)

.. Уж не хочет ли он предложить мне должность лифтера в каком-нибудь посольстве? Краем уха я слыхал, что здесь и такие номера бывают. "Так вот! Я зачислю Вас на Восточный Факультет", - тоном снисхождения произносит полковник. Я машинально закладываю язык за левую щеку. Неожиданно мне становится то жарко, то холодно. "...На японское отделение!" - заканчивает полковник, вложив в эти слова последний запас своего пафоса. - "Английский язык, к тому же, там требуется больше, чем где-либо". Я зябко перебираю плечами и чувствую себя очень неуютно. "Товарищ полковник, а там попроще ничего нет..?" - слабым голосом выговариваю я. - "Я, знаете, недавно контужен был..." "Тут не лавочка. Ассортимент ограничен", - лицо полковника мгновенно меняется, становится холодным и жестким. Ему жалко

Кобринский А. / Плачущий осел (роман-дневник)

ой части беседы, в которой был упомянут я. Его спросили, замечал ли он какие-либо странности в моем поведении или иные признаки психического отклонения от нормы. LК чему бы это?v - спросил он меня. Я промолчал. Не хотелось бередить то, что хотелось бы забыть начисто: семидесятые годы, гебистские провокации, сумасшедший дом, психоневрологический диспансер. Подумалось: LОчевидно у каэнбистов есть обо мне, в этом отношении, какие-то сведенияv. И вот теперь моя очередь идти на сверку-проверку. Адрес небесные комитетчики указали конкретный, земной. Поднимаюсь по лестнице, имеющей несколько переходов. В закутке вижу какой-то предмет. Что же это может быть? Оказывается, дамская сумочка. Приоткрываю, несмотря на опасение, что за мной могут наблюдать...Набор помады, зеркальце, расч

Коваль Ю.И. / Рассказы

да в крови. Но он не обращал на это никакого внимания и только лишь веселился, что догнал меня. Я все-таки подтащил его к ручыо, слегка омыл морду, раскупорил патрон, присыпал раны порохом. Уже вечерело, и мы пошли к станции через болото, напрямик. В одном особенном каком-то зеленом и сыром месте Милорд вдруг высоко подпрыгнул. Опустился в траву и снова прыгнул, как-то странно, боком. Пока я бежал к нему, он все прыгал на месте. Это 6ыла гадюка. Черная, аспидная. Я выстрелил и перешиб ей шею. На следующее утро, как всегда, опустил я на пол босые ноги, и Милорд тут же лизнул меня в пятку. "Слава Богу, -- подумал я. -- Не успела укусить". Я пошел умываться, и Милорд двинулся за мной. Он полз по полу, перебирая передними лап