Книги в электронном виде

Лукин Евгений, Лукина Любовь. / Миссионеры

На лице Сехеи проступило выражение откровенной скуки - первый признак того, что разговор пошел всерьез. - "Прозвучит Настоящее Имя Врага, - медленно процитировал он, - и не будет отныне ни утренних, ни вечерних..." Ты веришь в Пророчество, женщина? - Это неважно, - ответила она. - Важно то, что в него верят многие. - Инсценировать Пришествие... - вслушиваясь в каждое слово, проговорил он. - Я правильно понял тебя? Ты предлагаешь именно это? - Да. - Каким образом? Секунду Таини смотрела на него, не смея надеяться. Всего лишь секунду. - Произнести Слово, - торопливо сказала она. - Послать к вечерним парламентера с Настоящим Именем Врага. - Так. Допустим... Дальше. - В Пророчестве довольно подробно опи

Лукьяненко Сергей / Звездная тень

по нему, скованные рамками скорости света. Можем смять и перескочить из точки в точку -- это джамп. Складки всегда одинаковы, тут уж ничего не поделаешь, и шоковый эффект неизбежен -- энергия не переносится вместе с материей. Все прочие расы используют изнанку пространства, как ее ни называй -- вне-пространство, гиперпереход, или подпространство. Но... -- Спасибо за лекцию,-- сказал дед,-- ее стоило бы почитать перед школьниками. Гипотез много, но принципа джампа мы не знаем. И как работают двигатели чужих -- тоже. Единственный достоверный факт -- скорость движения в подпространстве ограничена. Чем она выше, тем больше энергозатраты, причем в геометрической прогрессии. Значит.. -- Дед, я говорил с кораблем Геометров,-

Лукьяненко Сергей / Тени снов

езончике. -- А если она слышит то, что ты говорил? -- Ну и что? Они прекрасно знают, что из них сделали. Другой вопрос, как к этому относятся. -- Не верю, -- упрямо повторил я. -- Как угодно. Огарин выпустил облачко ароматного дыма. Вздохнул: -- Вселенная огромна, Лешка. Чудовищно огромна, человеческого разума не хватит, чтобы представить все разнообразие заселенных миров. Есть планеты, где само понятие войны и насилия практически забыто. Они поступились значительной частью своего суверенитета ради благоденствия под крылом имперских сил. Есть маленькие колонии, вроде вашей, где удаленность от цивилизации и малочисленность населения приводят к пасторали бытия. Но большинство миров пропитано агрессией - в той или иной мере. -

Льюис Клайв Стейплз / За пределы безмолвной планеты

вглядываться в будущее, когда чувствуешь себя так необыкновенно хорошо, как Рэнсом во время перелета. С одной стороны корабля была бесконечная ночь, с другой -- бесконечный день; и Рэнсом, полный восторга, по своей воле мог сменить одно чудо на другое. Одним поворотом дверной ручки он творил ночь и часами лежал, созерцая небо сквозь прозрачный корпус корабля. Диск Земли давно исчез из виду, и повсюду царили звезды, бесчисленные, как маргаритки на нескошенном лугу. Не было ни солнца, ни луны, ни облаков, чтобы поспорить с ними за власть над небесами. Перед Рэнсомом в ореоле величия проходили планеты и неведомые созвездия, небесные сапфиры, рубины, изумруды и зерна расплавленного золота; в левом углу картины висела крошечная

Льюис Клайв Стейплз / Переландра

ые дни на Переландре он не то чтобы стыдился, но все же удивлялся, почему он стыда не чувствует, -- каждый миг доставлял здесь такое большое и необычайное удовольствие, какое по земным меркам связано либо с запретными, либо уж с очень странными утехами. И все же этот мир был не только нежным и сладостным, он был и сильным, и грозным. Едва плавучая штука исчезла из виду, как в глаза Рэнсому хлынул невыносимо резкий свет. Свет был темно-синий, небо на его фоне потемнело, и в тот же миг Рэнсому удалось разом увидеть большее пространство, чем видел он до сих пор. Он увидел бесконечную пустыню волн и далеко-далеко, на краю этого мира, у самого неба -- одинокую призрачно-зеленую колонну. Только она была вертикальной, устойчивой, неподвижн

Льюис Клайв Стейплз / Племянник чародея

казалась Дигори такой красавицей, подымается с кресла во весь свой гигантский рост. И по короне, и по облачению, и по сиянию глаз, и по изгибу рта она, несомненно, была могучей королевой. Комнату она осмотрела, и детей увидела, и, конечно, заметила, что кусок стены и потолка обвалился, только на лице ее не показалось и следа удивления. - Кто пробудил меня? Кто разрушил чары? - она выступила вперед быстрыми, длинными шагами. - Кажется, это я, - сказал Дигори. - Ты! - Королева положила на плечо мальчика свою руку - белоснежную, прекрасную руку, которая, однако, была сильной, как клещи. - Ты? Но ты же дитя, обыкновенный мальчишка! В твоих жилах, я сразу увидела, нет ни королевской, ни даже благородной крови. Как ты осмелился проникнуть в этот дом? - Мы из другого мир

Льюис Клайв Стейплз / Серебряное кресло

редать престол. Но мы опасаемся, что если он не встретит Аслана в Теревинфии, то поплывет дальше на восток, к Островам Одиночества, потом к Семи Островам, и так дальше и дальше. Он редко говорит об этом, но мы все знаем, что он не забыл своего путешествия на край света и в самой глубине души хранит желание побывать там снова. - Значит, ждать его не стоит? - спросила Джил. - Не стоит, не стоит, ух-тух! - сказала сова. - Ах, если б вы подошли к нему сразу же! Он бы все, все устроил, даже армию с вами, может быть, отправил... Джил молчала, надеясь, что Ерш из деликатности тоже не станет рассказывать совам, почему они не подошли к королю. Деликатности ему почти хватило: он только пробормотал себе под нос что-то насчет того, что он не виноват, а вслух сказал так: - Хор

Лэймон Ричард / Запруда Динкера

Лорд Джефри / Пришелец из великой пустоты

ство, любезный. Вы проявили рвение. Начальству будет доложено. Давайте этого граца сюда... а вами пока займется Валд. В дальнем конце лаборатории неслышно сдвинулась в сторону широкая дверь. Вошедший, очевидно, и именовался Валдом; увидев новоприбывшего, Блейд едва не вздрогнул от омерзения. В этом человеке все казалось каким-то неправильным. Скособоченные плечи, слишком длинные, как у обезьяны, руки, разделенная надвое, так называемая "заячья" верхняя губа, узкая грудь, кривые, заплетающиеся ноги с непомерно большими, плоскими ступнями в ортопедической обуви. И глаза - мутные, недобрые, в которых таилась нечеловеческая, змеиная жестокость. Яйцеголовый проделал пальцами несколько стремительных жестов и Валд неспешно наклонил

Лорд Джефри / Сага о Блейде (24 книги) + критика и библиография

ства претерпели мутацию. Так появился лес гигантских деревьев, деградировавшие дикари-сенары и чудища, обитающие в Фиолетовой Пустоши на берегу моря. Часть населения спаслась в горах и заранее подготовленных убежищах. На юге, в предгорьях хребта, живут обычные люди, бленары, объдиненные вождем Рильгоном в одно воинственное племя; другой народ, более миролюбивые бленары-па, обитают на морском побережье, на самой границе Триречья. На севере же лежат степные земли, плодородие которых уже восстановилось, и среди них стоит город женщин Брегга. Его обитательницы, бреггани, частично сохранили древние знания - в частности, им удалось наладить процесс искусственного воспроизводства рода. Они ненавидят мужчин, считая их ответственными за случившуюся в древности катастрофу. Блейд

Лэфферти Рафаэл / Рассказы

воскликнул Джордж Махун. - Я просто чувствую, как быстро все это ускользает из моей памяти! Пусть каждый вырвет из журнала страницу и пишет как можно скорее. Давайте же, пока с нами не произошло то же, что и с нашими предшественники. - Нет смысла горевать, что ни в одной ручке не оказалось ни чернил, ни пасты, - "барабанным" голосом произнесла Селма. - Не стоит сокрушаться по поводу того, что электронная запись тоже невозможна. Вкусы медведей-воришек необъяснимы. В старых судовых журналах, помнится, было несколько строк, написанных не чернилами. Если мы все примемся быстро писать, у нас может получиться больше, чем несколько строк. Мы сумеем даже дать объяснение случившемуся, пока вся эта история еще не совсем испарилась из на

Мар Курт / Три дезертира

а построена так, что геометрический центр Галактики находился при тета, равной 90 градусам, а точкой пси считалась нулевая точка. Длина радиуса вектора до центра Галактики составляла десять тысяч девятьсот восемьдесят шесть парсек. Некоторые страницы каталога демонстрировали отдельные срезы Галактики. Эти срезы были подобраны так, чтобы охватить содержимое почти всего пространства. Микрофильмы каталога _показывали_ только _двухмерное изображение,_ и высоты отдельных _звезд, поднимающихся_ над плоскостью, обозначались цифрами, означающими _парсеки._ Кроме того, точки звезд имели и другие обозначения, а именно: координаты, которые были необходимы для фиксации определенных звезд в гиперпространстве. Эти дополнительные координаты осн