Книги в электронном виде

Кларк Артур / Большая глубина

заложило уши; он прикинул, что они сейчас футов на двадцать ниже уровня моря. В ярко освещенном эллинге хранилось различное подводное снаряжение - от обычного акваланга до хитроумнейших двигательных устройств. Заказанные Доном торпеды лежали на тележках на аппарели, которая уходила в недвижимую воду в конце эллинга. Они были покрашены в ярко-желтый цвет, отличающий все учебное оборудование. Дон неприязненно посмотрел на них. - Да, уже года два, если не больше, как я ими не пользовался, - сказал он Франклину. - У тебя это, наверно, получится лучше, чем у меня. Я предпочитаю обходиться без механизации, когда иду под воду. Они разделись, оставшись только в плавках и свитерах, навесили на спину дыхательные аппараты. Дон дал в руки Франклину небольшой, но

Кларк Артур / Земной свет

друга, оценивая, строя догадки, пытаясь преодолеть пропасть, отделяющую каждого человека от всех его ближних. А затем раздался пронзительный звон - автоматический спектрометр закончил порученную ему работу. Все напряжение разом исчезло, они вернулись в обычный, повседневный мир. Момент, который мог привести к совершенно непредсказуемым последствиям, поколебался на самой грани бытия - и снова канул в забвение. 4 Садлер заранее знал, что никак не может рассчитывать на собственный кабинет, в лучшем случае ему дадут стол в каком-нибудь углу бухгалтерии - так оно и случилось. Ничего страшного, и то слава Богу; он изо всех сил старался доставлять окружающим как можно меньше забот, не привлекать к себе излишнего внимания, да и вообще сидеть

Кларк Артур / Пески Марса

- А разве мы сейчас плохо передвигаемся? - Когда пробудете с мое в космосе, - мрачно сказал Скотт, - поймете, что плохо. У нас тут хоть есть за что держаться. А представьте себе, что вы должны пройти всю пустую комнату. Вы знаете, на что обычно жалуются космические врачи? На вывихи. Можно даже застрять в воздухе. Я, например, застрял на Третьей станции, в большом ангаре. Ближайшая стена была в пятнадцати метрах, и я не мог до нее добраться. - А вы не могли плюнуть? - важно сказал Гибсон. - Я думал, так обычно выходят из затруднения. - Попробуйте. И вообще это негигиенично. Знаете, что мне пришлось сделать? Я был, как всегда, в одних шортах. И вот высчитал, что они составляют примерно одну сотую моей массы и, если я их отшвырну со

Клейн Жерар / Боги войны

- На мой вкус, она слишком декадентская. - Догадываюсь, что вы предпочитаете войну - жизнь жестокую и грубую. Может, и здесь вы найдете что-нибудь похожее на это, Жорж. - И любовь, - с сарказмом добавил он. - Почему бы и нет? Она прикрыла глаза и ждала, приоткрыв губы. Корсон сжал кулаки. Он не встречал другой такой притягательной женщины, даже во время своих отпусков в центрах отдыха. Отбросив воспоминания, он шагнул к женщине и обнял ее. 8 - Я не думала, Жорж, что ты можешь быть таким нежным, - сказала она сдавленным голосом. - На вашей планете всех чужеземцев так принимают? - В его голосе звучало глухое раздражение. - Нет, - ответила она, и в уголках ее глаз он заметил слезы. - Нет, наши обычаи, конечно, очень свободны... п

Клейн Жерар / Звездный гамбит

тлета. Попав в холодный и безликий космопорт, можно было считать, что ты уже в полете. Порт выглядел чуждым городу инородным телом, упавшим с небес метеоритом, который зарылся глубоко в землю планеты, и та едва мирится с его присутствием. Алган все еще иногда чувствовал себя жителем Старого города и ощущал, что в порту он пленник. И это ощущение было не из приятных. - Вы очень странный человек, - сказал Алгану психолог. Они стояли на самом верху башни и разглядывали порт, живший своей лихорадочной жизнью, - с ревом стартовали небольшие суда, обеспечивавшие местную связь, величественно взмывали вверх тяжелые ракеты. - Думаю, что на заре Освоения таких людей было много. Это были люди, привязанные к родному миру, которые видели в освоен

Клемент Хол / Барлеман 1-3

ми он разговаривал обычно в тонах, тоже слишком высоких для ушей землян. Возможно, Лэкленд этого еще не заметил, а даже самый честный торговец хорошенько подумает, прежде чем раскроет перед партнером все свои преимущества. - Но я думаю, и Чарлз немного научился нашему языку, пока наблюдал и слушал нас при помощи аппарата, который находится сейчас на "Бри". - Очень немного, - признался Лэкленд. - Должен сказать, у тебя на редкость хорошо обученная команда. Ведь большая часть повседневной работы на борту производится без всяких приказаний. А из разговоров, которые ты иногда ведешь со своими матросами и которые никакими действиями не сопровождаются, ничего понять невозможно. - Ты имеешь в виду мои разговоры с Дондрагмером или с Меркусом? Да

Клименко Михаил / Ледяной телескоп

ущей, голос самого низкого регистра - понятно, органы его речи не могли издавать колебания с такой же частотой, как и обыкновенный человек. Наши слова он воспринимал почти как писк. Да и сила звука нашего голоса была для него почти на пороге слышимости. Поэтому-то и пользовался Кобальский своим рупором. Хотя все, что он хотел сказать исполину, он мог сказать прямо мне, и тот все бы знал. Но Кобальский всячески форсировал самостоятельность моего двойника... Не помню, как оказался я в толстостенной картонной коробке перед ветровым стеклом. Через минуту рядом со мной был и Кобальский. Исполин сел в свой циклопический автомобиль. Завел мотор. Под нами все задрожало. Огромная машина тронулась с места и покатила. Мы с Кобальским с

Клименко Михаил / Отчего бывает радуга

ак я теперь увидел, в отличие от янтарно-шафрановой головы было почти что ниготкового, буро-фиолетового цвета! Из всех, которых я видел, это был пятый человек ниготкового цвета. Лицо у него было мясистое, глаза большие; кудреватая шевелюра ото лба была гладко причесана, а на затылке топорщились барашки. Одет в клетчатый пиджак с внушительными плечами. Спереди на ремне у него висел бинокль, а на боку, скрепленный с фотоаппаратом, болтался огромный телеобъектив. - Здрасьте! - игриво сказал он. - Рад приветствовать своего брата художника! - И он протянул Вадиму руку. - И вас рад приветствовать, - сказал он мне, - хоть вы и пачкун. Так... Что я тут, значит, делаю?.. Сначала в бинокль изучаю ситуацию в широком плане, а потом - щелк! Косули, зайчик

Клименко Михаил / Рассказы

Клугер Даниэль / Невероятные приключения штурмана Кошкина

м. Взглянув на Кошкина, Альварец сказал: - Видите ли, мы бы с радостью... кхм... так сказать, воспользовались вашим гостеприимством, но нам пора стартовать. - И, думая, что его объяснение исчерпывающе, добавил: - Мы совершили посадку только с целью ремонта. Так сказать, небольшое ЧП. Когоанцы на его слова не реагировали. Вместо того чтобы освободить рубку и пожелать счастливого пути, они слегка посторонились и пропустили еще троих в форме. - Старт откладывается, - тихо сказал капитан. - Придется выйти. - А может... - начал было штурман. - Не может, - хмуро перебил Альварец. - Находясь на суверенной планете, экипаж полностью подчиняется местным законам и избегает каких бы то ни было недоразумений. Инструкция. Пойдем.

Комацу Саке / Похитители завтрашнего дня

устроена по какой-то совершенно неведомой мужчинам схеме... Ночные улицы Токио выглядели довольно странно и, пожалуй, даже жутко. Впрочем, именно этого я и ожидал. Машины ехали страшно медленно. Люди шли, тревожно озираясь по сторонам. Входили в дома и тут же снова выходили на улицу, пытаясь понять, что происходит. Поглядывали на небо, качали головами, прочищали уши, неуклюже жестикулировали. Какой-то младенец бился на руках у матери и отчаянно ревел. Разумеется, об этом можно было догадаться только по сморщенному, залитому слезами личику и широко раскрытому, еще беззубому рту. Мужчина, задрав голову, безостановочно шлепал губами, посинев от натуги. Понятно - орет во все горло, хотя сам понимает, что никто его не слышит. Может быт

Комацу Саке / Рассказы

убоватой дороги - дальше, дальше, в недра горы. С юга на север. От цивилизованных районов - в глушь, в глухомань. Километр за километром, шаг за шагом. А теперь старый график уплотнен до предела. Старые методы полетели к черту. Срок передвинулся, проглотив две недели. Шестерни кружились с сумасшедшей скоростью... У начальника побагровело лицо. Шутка сказать, человеческая жизнь! Проклятая упрямая баба! Будь она хоть трижды монахиня, все равно взлетит на воздух вместе со своей горой, когда сработает водородная бомба - переиначенная на новый лад адская машина древности... - Всем вертолетам - взлет! - хрипел начальник. - Найдите ее! Обратитесь к ней по радио! Громкоговорители, звук! Рабочие и служащие, не принимающие непосредственного участия