Книги в электронном виде

МАКСИМУШКИН АНДРЕЙ / РИОНА

МАКСИМУШКИН АНДРЕЙ РИОНА И было так — потомок, чувствуя славу свою, держал в сердце своем Русь, которая есть и пребудет землей нашей. Велесова книга. Они уходили. Суда четко держали строй, шли как на параде. Это и был парад. Парад в честь погибших ради жизни. Экипажи кораблей выжимали из реакторов последние капли энергии. Далеко за кормой остались тела погибших товарищей, обломки кораблей. Только облачко пыли и ионизированного газа остались на месте гибели флагманского крейсера. Погони не было, но конвойные фрегаты и катера были готовы в любой момент открыть огонь, защитить, прикрыть бортом тяжелые туши транспортов. Огромные, но почти безбронные и безоружные, шары научных судов шли в центре ордера

МАКСИМУШКИН АНДРЕЙ / ВИНОВАТЫХ НЕТ

МАКСИМУШКИН АНДРЕЙ ВИНОВАТЫХ НЕТ. 1. Огромное устремленное в небо здание космопорта Почайна бурлило и кипело гигантским, деятельным водоворотом. Нескончаемые потоки людей и грузов исторгались и поглощались причалами и грузовыми пакгаузами. Пассажиры веселыми звенящими ручьями растекались по просторным залам космопорта. Деловитые киберы быстро и без суеты распределяли грузовые контейнеры по транспортным линиям, заполняли трюмы ботов грузами, отправляемыми к другим мирам. Час, полтора и тяжело груженый бот отрывался от тускло поблескивающего термопласта летного поля, и взмывал в высь, туда, где на орбите висели массивные шарообразные туши кораблей, ждущие конца погрузки. Почайна и еще пять космопортов планет

МАКСИМУШКИН АНДРЕЙ / ВАРИАНТ ДИФФЕНС

МАКСИМУШКИН АНДРЕЙ ВАРИАНТ «ДИФФЕНС». Вечер на Балтике. Волны одна за другой равномерно накатывались на пляж. Над гребнями волн кружились вездесущие чайки. Несколько крупных белых птиц, Шумилов не знал, как они называются, сидели на воде в паре сотен метров от берега. А дальше, почти у самой линии горизонта темнели серые, сливающиеся с водой силуэты двух кораблей. Скорее всего — сторожевики. Павел Николаевич Шумилов усмехнулся, ни какого смысла в присутствии военных кораблей на траверсе Светлогорска не было. Но правила есть правила. В маленьком курортном городке на берегу Балтики проводился международный саммит. Гости: канцлер ФРГ Герхард Шредер и президент Франции Жан-Мари Ле Пен только сегодня днем прибыли в «Гр

Нинель МАКСИМЕНКО / ИЩИ КОЛУМБА

Нинель Ильинична МАКСИМЕНКО ИЩИ КОЛУМБА! Повесть посвящена работе археологов. Герои ее — энтузиасты науки, исследователи, вся жизнь которых посвящена любимому делу. Читатели узнают из книги о замечательных людях, спасавших сокровища Эрмитажа во время войны, об интереснейших раскопках в Крыму в наши дни. Я стою на набережной. У ног моих плещется море. Ему тесно. Его вытеснили корабли. Да, целое стадо кораблей. Большие, маленькие, старые, новые, блестящие, пылающие огнем, гремящие музыкой, звоном тарелок и вилок и совсем малюсенькие, черные от мазута, ос

МАКОВЕЦКИЙ МИХАИЛ / ОПЛОТ ЦЕЛОМУДРИЯ

МАКОВЕЦКИЙ МИХАИЛ ОПЛОТ ЦЕЛОМУДРИЯ (часть третья)    "Он всегда был романтиком", - думал нефтеналивной принц, глядя, как самолет врезается в небоскреб. Когда Советский Союз оккупировал Афганистан, в королевской семье возникло подозрение, что Россия на этом не остановится, заватит Иран и все северное побережье Персидского залива, поставив под свой контроль семьдесят процентов мировых запасов нефти. Американцы эти подозрения подтвердили.    В королевской семье было принято решение, в результате которого два нефтедобывающих принца, Романтик и Прагматик, вступили в бой с огромной империей. Их цели были ясны и задачи определены. Два человека, за спиной которых стояла финансовая мощь Саудовской Аравии, победили империю. Война в Афганистане была без линии фронта. Личный состав ограни

ВЛАДИМИР МАКАНИН / УТРАТА

ВЛАДИМИР МАКАНИН УТРАТА Аннотация Одно из самых «философичных» произведений в творчестве Маканина. Повесть о том, как губительно для человека состояние «промежутка», когда он не может сделать выбор: между темным и светлым, той страной и этой, сном и явью и, наконец, правдой и ложью... 1 Все знали, что Пекалов пьянь и промотавшийся и что затея его, конечно же, была и есть дурацкая; и все же он, подлый, хватал всякого за рукав и вопил: — Ну, ребята, кто со мной — ведь под Урал подкоп рою! И опять вопил: — Под самый Урал рою!.. В трактире нарастало недовольство; и поскольку Пекалов продолжал вопить, подручный Пекалова, званный Ярыгой, сначала делал зна

ВЛАДИМИР МАКАНИН / ОТСТАВШИЙ

ВЛАДИМИР МАКАНИН ОТСТАВШИЙ Аннотация Повести известного советского писателя Владимира Маканина («Голоса», «Отдушина», «Отставший») представляют собой художественный сплав авторских размышлений, картин современной жизни и новелл. Большое место в них занимает Урал — его прошлое и настоящее. 1 Сон мучит старика — моего отца (мама умерла, отец одинок, и когда я приезжаю его проведать, он с подробностями рассказывает мне мучающий его сон. Если я не приезжаю, он звонит и рассказывает мне сон по телефону. То жалобно, то гневно). Помочь ему в его снах я не могу — это ясно. Но ведь могу слушать. Отец рассказывает, как он выбегает за ворота, натягивая на голову шапку, хотя сам он еще в ни

ВЛАДИМИР МАКАНИН / ОТДУШИНА

ВЛАДИМИР МАКАНИН ОТДУШИНА Аннотация Повести известного советского писателя Владимира Маканина («Голоса», «Отдушина», «Отставший») представляют собой художественный сплав авторских размышлений, картин современной жизни и новелл. Большое место в них занимает Урал — его прошлое и настоящее. 1 Нет особенного и в том, что Алевтину любит некто Михайлов, и что зовут его Павел Васильевич, и что лет ему вотвот сорок. Пожалуй, тяжеловесен он для амурных дел и неискушен, но, с другой стороны, принимая в расчет стабильность жизненного течения, для Михайлова сейчас самое время любить — у него жена, у него квартира, у него приличный заработок, а два сына уже заканчивают школу: один в десятом классе, другой в девя

ВЛАДИМИР МАКАНИН / ОДИН И ОДНА

ВЛАДИМИР МАКАНИН ОДИН И ОДНА Аннотация Все написанное Маканиным всегда вызывает споры. И роман «Один и одна» спровоцировал дискуссию в печати. Маканин покусился на один из главных интеллигентских мифов — миф о шестидесятниках. У героев романа — типичная для того поколения биография: университет, бурные споры о «главном», походы и песни у костра, театр «Современник» и стихи Евтушенко, распределение в провинцию, возвращение в столицу. Но герой и героиня так и не смогли соединить свои судьбы, остались «один и одна». Постаревшие и потускневшие, они все так же преданы «своему времени» и его романтическим идеалам, не замечая, что результат их жизни — сокрушителен. Глава первая Инженер Константин Даев совершенно слу

Ivan Mak / ХИЩНИК

IVAN MAK ХИЩНИК Тихо пищит комар, пролетает над жертвой пару кругов и садится на розовое плечико, некоторое время примеряется и запускает хоботок под кожу. Мгновение спустя насекомое пытается взлететь. Крылья трепещат без толку. Место укуса темнеет и опускается в плечо, затягивая комара. Через полминуты его уже не видно. Темная ямка на плече распрямляется и покрывается розовым налетом, который вскоре становится не отличим от окружающей кожи. Плечо приходит в движение. Из травы подымается девчонка с длинными волосами. На вид ей лет четырнадцать. Она совершенно нага, чуть косится на плечо, стряхивает с локтя налипшую землю и направляется через поле к дороге, что видна вдали. Высокая трава почти скрывает ее от постороннего взгляда. Она останавливается у дороги и садится на обочине

Ivan Mak / Дракон Огня - I

Ivan Mak Дракон Огня - I Макс не помнил, что его толкнуло ответить "Да". Он помнил лишь, как после этого ответа Дракон схватил его огромными клыками, помнил боль, пронзившую грудь, и вспыхнувшие перед глазами радужные огни. И он помнил прошлое. Помнил, как выехал на машине из-за пово- рота, как нажал на тормоза, из-за препятствия появившегося на доро- ге. Машина встала, а Макс вышел и обнаружил лежавшего по среди до- роги... дракона. - Я очень голоде

Mayra / ПРОВИНЦИАЛЫ

MAYRA   ПРОВИНЦИАЛЫ      Уже в холле первого этажа 126-го корпуса Криминальной Полиции Галактики Полонский понял, что дело серьёзно. Шеф этого отдела с прозаической фамилией Баранников и романтическим прозвищем Торквемада, едва завидев детектива, бросился к нему с распростёртыми объятиями и радостным воплем:   - Виктор! Ну наконец-то!   На эту сцену глазело не меньше сорока человек, и лица их выражали крайнюю степень изумления, как если бы Юпитер вдруг сошёл со своей орбиты от попадания мелкого метеорита. Полонский представил, как завтра с ним примется здороваться за руку весь комиссариат, и лоб его покрылся испариной.   Едва пережив это потрясение, он поднялся на девятнадцатый этаж и, войдя в нужную комнату, наткнулся на взгляд Алекса Папалексиса, полный пронзительной, неземной