Книги в электронном виде

Уильямс Тэд / Хвосттрубой или Приключения молодого кота

сто сбившиеся усы и завершив дело легким щелчком, который привел в полный порядок хвост. Пробираясь сквозь высокую траву за крыльцом, на котором ночевал, он не мог избавиться от ощущения какого-то предзнаменования, которое сон набрасывал на предстоящий день. Это казалось важным по какой-то причине - он не мог ее припомнить. И никак не мог забыть этот сон, никак, и все тут. Но почему? Он сообразил, в чем дело, только упражняя силу удара лапы на одуванчике надлежащей упругости. Мягколапка! Ее не было на Сборище. Нужно пойти поискать ее, выяснить, что же случилось. Правда, ему стало не так страшно, как ночью. В конце концов, решил он, для ее отсутствия найдется множество причин. Она жила во владениях М у р ч е л о в; они могли запереть е

Федоровский Евгений / Пятеро в одной корзинке

ли его на скромный, но по-солдатски сытный рацион, он перестал сжирать наши бутерброды. Разгладилась, маслянисто заблестела шерсть. У него даже появилась благородная осанка, а морда приобрела выражение значительности, как у метрдотеля. Вот что значит, когда собака чувствует себя при деле! Потихоньку мы перебрали мотор, завели его и, поставив на обкатку, взялись за компрессор. Он был хотя и старой конструкции, но довольно мощный. Три тысячи кубов мог накачивать минут за двадцать. Нам важно было надуть оболочку, проверить крепость швов и поставить заплаты там, где мог вытекать газ. А уж потом заняться покраской. Осматривать ее решили при помощи люльки, подвешенной к балке под крышей эллинга. Артур тем временем начал сколачивать группу энтузи

Харламов Дмитрий / Сказание о верном друге

факел к одной из стен, - ты видишь разных зверей и птиц... Я скажу тебе много такого, что знали наши мудрые предки и что ты потом передашь сыну своему или побратиму, соплеменнику, кому сможешь доверить это... Знание - великая тайна! В знании - неведомая сила добрых дивов! Оно помогает одолеть голод, жажду и холод. Кто владеет тайной - тот могуч, тот сам как див. Лан разглядел под одним из рисунков головной убор умершего вождя, а в рисунке узнал луня, знакомую белоголовую птицу, которую ему нередко приходилось видеть между вершинами заснеженных гор. А вот грозная птица, с развернутым могучим крылом - орел. Здесь когда-нибудь будет положен головной убор его отца. Но ни один рисунок не напомнит людям о его маленьком братишке, которого недавно ут

Чуковский Корней Иванович / Серебряный герб

берется за еду. Я тоже ни на секунду не забываю, что он деревенский. В деревне я не был ни разу, и потому "человек из деревни" для меня все равно что краснокожий индеец, или пират, пли капитан корабля. Я ложусь на гладильную доску и жду. Я знаю, что, когда чаепитие кончится, дядя Фома схватит свою деревенскую шапку и побежит в сарай к своей деревенской коняге, - и я побегу вслед за ним: там, в сарае, начнутся чудеса и забавы, откуда-то вынырнет шкалик - и дядя Фома вдруг окажется говорливым весельчаком, остроумцем, и все биндюжники вокруг него будут хохотать, "как скаженные", над каждым его словом, потому что, насколько я теперь понимаю, у него был талант юмориста. Всякого человека умел он изобразить в смешном виде: и нашего домо

Чуковский Н.К. / Водители фрегатов

вободиться до дневного прилива. Весь ужас своего положения мореплаватели поняли только утром, когда рассвело. С каждой набегающей волной корабль терся о камень и медленно разрушался. Кругом плавали обломки киля и обшивки. Стоило ветру чуть-чуть окрепнуть, и через двадцать минут от "Усердия" остались бы одни щепки. Кук послал в трюм плотника. Он опасался, нет ли в днище сквозной пробоины. Плотник вернулся с побледневшим лицом и сказал: - Сэр, там вода! "Началось!" - подумали моряки, по никто не произнес ни слова. Кук сам спустился в трюм. Ящики и пустые бочонки плавали в черной воде, медленно, почти незримо, подымаясь. - К помпам! - крикнул Кук и ушел в свою каюту. Заскрипели две помпы, выливая в море мутные струи. Матросы разделилис

Шагинян Мариэта / Месс-Менд, или Янки в Петрограде

мал, думал, пытаясь понять поведение отца. Гипноз? Обман? Преступление. - Алло! 8-105-105! Дайте нотариуса Крафта. Как?.. Но когда же? Только что? Боже мой, боже мой! Он положил трубку и повернулся к женщине: - Его только что принесли домой с проломленным черепом. Шофер был пьян и разбил машину... Новая миссис Морлендер не реагировала на это слишком горячо - она почти не знала Крафта. Но Артур был так подавлен, что на минуту почувствовал себя беспомощным. Лучший друг отца! Можно сказать, единственный! Знавший его как свои пять пальцев... Слуга вошел и доложил о приходе доктора Лепсиуса. Артур кинулся ему навстречу. Доктор подвигался не спеша. На лице его была приличествующая случаю скорбь. - Дорогой мистер Артур, меня вызвали к генералу Г

Шейкин Аскольд / Солдатская дорога домой

не будем ли ими мы сами, как только закончим щит?.. - Но послушай. Вил! Мы же отсюда пойдем не к Земле, мы пойдем к следующим астероидам. Выдержит ли это устройство весь путь? А если нет, то какие ж сведения оно принесет?.. - Но что еще можно сделать?.. Войдя в "Сигнал", они прежде всего отправили на. Землю сообщение о встреченных на астероиде 17-639 непонятных явлениях. Конечно, им хотелось бы еще до отлета знать мнение Космического совета. Покажется ли его членам их решение правильным? К сожалению, тратить энергию на подробную передачу они не могли. Через два часа тридцать минут прибыл ответ: "Действия одобряются. Первый". "Первый" - так подписывался Космический совет в тех редких случаях, когда он оказывался единодушен и об

Яковлев Юрий / Кепка-невидимка

с пленкой. На поляну со своими пленниками вышел прапорщик Дыня. За поясом у него торчали два трофейных пистолета. А дальше события развивались быстро и четко. Пограничники посадили вражеских разведчиков в вертолет. И, наконец, туда по лесенке поднялись три друга - Федя, Гвидон и прапорщик Дыня. В полную силу заработал могучий подъемный винт. Вертолет плавно оторвался от земли и поплыл над лесом. Прапорщик повернулся к своему юному другу и сказал: - Не знаю, удастся ли тебе, Федя, посетить таинственную Атлантиду, но скажу одно: из тебя выйдет хороший пограничник. Даже без кепки-невидимки! ...А пионерский костер запылал сильней, словно своим пламенем салютовал Феде Гуляеву. Ребята сидели тихо, все еще находясь под впеч

Рыбаков Анатолий / Тяжелый песок

м, гнездо, там университет, там клиника. В общем, Рахиль должна навсегда порвать со своим корнем, перейти в немецкую веру, уехать со своей родины, расстаться с родителями, мало того - опозорить их. Рахиль стояла как стена: ни в какую Швейцарию она не поедет, ей и здесь хорошо, а уж про лютеранство и говорить нечего, тем более она в бога не верила, и как, спрашивается, могла она верить в бога, если целый год ее опекали студенты, гимназисты и реалисты, вольнодумцы, марксисты, социал-демократы и бундовцы. И Якоб, мой будущий отец, тоже не был уж такой набожный протестант, ему на все это было ровным счетом наплевать, ему нужна была Рахиль - вот кто ему был нужен, и будь она мусульманкой, буддисткой или огнепоклонницей, он с удовольствием ста

Рыбаков Анатолий / Дети Арбата 1-3.

фры трехзначного номера на бюллетене - Будягин закрыл его и отложил в сторону: секретный документ, рассылаемый только членам ЦК и ЦКК. Юра отметил еще заграничную ручку "Паркер", сигареты "Тройка", ботинки на каучуке и пиджак особого покроя, какие шил дипломатам высшего ранга знаменитый Энтин. - Слушаю, - сказал Будягин спокойно-деловым тоном: привык, что к нему обращаются с-просьбами. На его сухощавом черноусом лице под густыми бровями глаза казались еще более глубокими; чем у Лены. - Институт кончаю, Иван Григорьевич, совправа. А брат сидит... Из коридора донесся звонок, шум открываемой двери. - Суд, прокуратура - не пропустят, - продолжал Шарок, - остается хозяйственно-юридическая работа. Хотелось бы на предприятие. До института я работал

Устинов Сергей / Все колеса

Устинов Сергей / Кто не спрятался

тро оглядел всех, кто был; в комнате. Я заметил, что глаза у него теперь заблестели, похоже, боржом ударил ему в голову. - А может, я их выиграл? - спросил он с надеждой, как бы предлагая на общее обсуждение вариант ответа, который всех может устроить. - Выиграл? У кого? - Да не знаю я! - рассердился Байдаков. - В шмон, а то на бегунках. - Значит, ты утверждаешь, что не помнишь, откуда у тебя эти деньги? - сформулировал Валиулин. - Ага, утверждаю. - Он икнул, пробормотал "пардон" и умоляюще приложил руки к груди: - Да нет, кроме шуток, не помню! Хотите, на колени встану? - Ты какой день в запое? - деловито поинтересовался Мнишин. Витька потерянно махнул рукой. - Не спрашивайте! Месяц ни грамульки, человеком себя почувствовал, - в голосе его появился слезный надрыв