Книги в электронном виде

Канаван Труди / [Черный маг 3.] Высокий лорд

это был приказ убить обманувшего юношу человека. Но такие мелочи Сири не хотелось принимать во внимание. Письмо было написано просто прекрасно, во всяком случае не хуже, чем у специально обученных писцов. Сири научился грамоте у писца по имени Серин. Юноша с улыбкой вспомнил, как он попросил Фарена - Вора, прятавшего Сонеа от Гильдии, на время "одолжить" ему Серина. Фарен наверняка отказался бы, если бы просьба Сири не давала ему возможность немного восстановить свой авторитет после неудачи с Сонеа. После того как Фарен выдал девушку Гильдии, его положение среди Воров серьезно пошатнулось. А способность Вора проворачивать свои делишки напрямую зависела от числа людей, готовых на него работать. Конечно, кое-кто работал и за деньги, но большинство предпочитало "оказыват

Горенштейн Фридрих / Место

ту, откладывать более нельзя было... Итак, проснувшись позднее обычного, я потянулся и, просунув ступни меж прутьев койки, почесал пятки о шкаф. Ни Петрова, ни Жукова, ни Кулинича уже не было. На столе валялись неприбранные остатки завтрака: куски хлеба, кожура колбасы, вскрытые, вкусно пахнущие банки из-под каких-то томатных рыбных консервов. Все это мокло в луже остывшего кипятка, очевидно, жестяной комнатный чайник снова распаялся. Из-за шкафа я слышал храп Саламова, а рядом, на одной койке, спали Бepeговой и его брат Николка, молодой парнишка, учащийся железнодорожного техникума. В отличие от Пашки, был он парень более добрый, но расхлябан-ный, ленивый, учиться не хотел, и отец, наезжавший из села, поручил его попечению Пашки. Уже некоторое время Николка оставался

Горенштейн Фридрих / Искупление

ла. Она шагнула к Сашеньке и с такой силой ударила ее наотмашь по лицу, что Сашенька упала на колени. Сашенька тут же вскочила и побежала, пригнувшись, вдоль стены кухни, однако мать преградила ей дорогу и ударила так, что зазвенело в ушах. Несмотря на это, Сашенька умело отвернулась от третьего удара и ловко прыгнула за спину Васи и Ольги. Они сидели мокрые, отупело прижавшись друг к другу, как щенки во время пожара или наводнения. Здесь, за их спинами, матери трудней было достать Сашеньку, к тому ж сзади мать схватил вошедший танкист-"культурник". Мать некоторое время стояла вся дрожа, как Сашенька несколько минут назад, затем она обмякла, уронила голову на плечо "культурника" и громко заплакала. Сосед, живущий "прямо и налево по коридору", техник Дробкис заглянул в

Горенштейн Фридрих / Псалом

а к ярмарке, и булыжник был щедро усеян соломой, утерянной с подвод. Собрала мать с булыжной дороги охапку этой соломы, постелила на лавочке возле дома и говорит: - Сидите, дети, и ждите меня здесь. У вас ножки болят, и вы устали, а на ярмарке толчея, народу много. Я пойду куплю вам слив сушеных и леденцов и приду сюда опять. Васю упрашивать не надо было, он быстро сел, а рядом с ним села Мария с Жориком на руках. И мать быстро ушла, не поцеловав даже детей, чтоб у них не появилось подозрение, будто она их бросает и с ними прощается. Сперва сидеть было приятно, мягко на соломке, и солнышко припекало, да еще думалось хорошо про то, как мать принесет с ярмарки сушеных слив. Но вот уж подул ветер, предвестник вечера, и подводы потянулись в обратную сторону с ярмарки бо

Аминев Г. А. и другие. / Эволюционно-генетические предикторы: терроризм и шахидизм

Давыдычев Лев / Трудная любовь

ралась по поручению редакции в междуведомственном споре. Статья была срочной, но как назло Лариса запуталась в противоречивых сведениях. Ответа на вопрос, кто виноват, не было. Вечером зашел Олег и положил на стол билеты в театр. Одеваясь, Лариса рассказала ему о неудаче. - Когда сдавать? - спросил Олег. Узнав, что завтра статья должна быть в редакции, он сбросил пальто и приказал: - Давай блокнот. Предложи билеты соседкам. Сегодня Филиппов поет. Московский бас Филиппов был любимым певцом Олега, он с трудом достал билеты на последний спектакль, и Лариса неуверенно предложила все-таки пойти в театр. Олег огрызнулся и продолжал изучать записи в блокноте, изредка задавая вопросы. Она варила кофе, а Олег возмущенно указывал ей на ошибки, на отсутствие некоторых сведений

Носов Игорь Петрович / Остров Незнайки (с иллюстрациями)

сна. Ему приснилось, будто после рыцарского поединка он не может стащить с головы шлем, то есть ведро. Он старается изо всех сил, но всё равно не может снять проклятое ведро с головы. Ему очень душно, нечем дышать, но ведро никак не снимается, хотя помогают другие рыцари-коротышки. А Гунька, тоже одетый рыцарем, говорит: "Видно, навсегда голова застряла, так и будешь теперь жить в этой железке". Потом Гунька стукнул кулаком по ведру и громко захохотал. От противного хохота и грохота Незнайка проснулся. Он сел в кровати, с опаской пощупал голову, убедился, что никакого ведра нет, и сказал сам себе: - Нет уж, рыцарем ни за какие коврижки не буду! На следующий день Незнайка решил сделать костюм волшебника. Он всё продумал и вечером явился к Стекляшкину. Учёный с

Липскеров Дмитрий / Русское стакатто - британской матери

ь в клочья. Старик вскочил на слабые ноги, торопливо засунул аккордеон в футляр и затрусил за немцем, оставив фанерный чемоданчик на разграбление. Взметнулась в небо денежная купюра и, ввинчиваясь в теплый воздух, исчезла в другом измерении. А дед все бежал за немцем и бежал. Он увидел, как тот сел в автомобиль и, поцеловав в щеку жену, сидящую рядом, нажал на газ... Ускорившись, дед споткнулся и упал, расквасив о тротуар нос. Ему помогли встать, и он, совсем старый, всем улыбался, сплевывая кровавую слюну. Мол, вот как с нами, стариками, бывает, молчаливо оправдывался. Он шел долго, и губы его шептали: "Прости, прости, прости..." У кого он просил прощения, кого молила его душа о милости, дед понимал смутно, просто шел, а вместо крови на асфальт падали старик

Логинов Святослав / Статьи, заметки, очерки

егопасущимся (Кстати, описание гиппопотама в Библиии гораздо большенапоминает дракона, нежели бегемота).Ядовитая ж"лто-оранжевая кровь может быть как реальной кровью, так ииной физиологической жидкостью. В конце концов, ж"лто-оранжевая (иядовитая!) кровь имеется у вполне обычных божьих коровок.Отдельного разговора заслуживает ядовитость драконьей крови, ибо онапроливает свет на многие странности в поведении дракона- самца.Из литературных источников известно, что не только кровь драконаядовита, но смертельно опасно и его дыхание (помним, что увосточноевропейского дракона дыхание огненное). Подобный феномен можетнаблюдаться только если яд в крови дракона неорганическогопроисхождения. Возможна ещ" синильная кислота, но она пахнет горькимминдал"м, а этот запах сли

Харман Эндрю / Святой десант

пока... Конца речи Алкан уже не слышал. В голове у него бурлили потоки разочарования. Всего три души - он проиграл Огдаму всего три штуки! Как же это было несправедливо! Теперь весь следующий месяц ему придется сносить самодовольные улыбки, пока Огдам будет наслаждаться жизнью за Верхним Столом. И конца этому никогда не будет. Вечность вдруг показалась Алкану слишком уж долгим сроком. Он с несчастным видом осел на стуле и уставился в темный омут своего эля. А затем до него вдруг дошло. В ослепительной вспышке осознания Алкан понял, почему имя Аспирины показалось ему таким знакомым. Теперь стало ясно, почему она достигла благословенного места за Верхним Столом. Раз они с Огдамом обращали так много народа к радости опьянения, представлялось более-менее очеви

Шер К. Далтон К.Мар К. / [Перри Родан 3.] Бессмертие

тем, раскачиваясь, направился в абсолютно поперечном положении со стреляющими из всех стволов орудиями к ярко сияющей Веге. Тркер вскоре потерял его из вида и больше не получал от него ответа. У него не оставалось времени размышлять об этом происшествии, потому что тут произошло нечто другое, вобщем-то еще более невероятное. Небольшие космические истребители противника начали атаку. Они приблизились одним броском со страшным ускорением, почти коснувшись тяжеловесных крейсеров, полностью спутали строй, а затем абсолютно беспричинно ушли, чтобы через несколько минут снова повторить игру. Тркер приказал ввести в действие тяжелые излучатели, но скоро вынужден был убедиться, что они только расходуют драгоценную энергию. Небольшие космические истребители были сл

Хамфрис Крис / Джек абсолют

рен драться из-за обиды распетушившегося юнца. - Браво! - крикнул кто-то. - Хорошо сказано! Раздались аплодисменты. - Может быть, вы не поняли, капитан? Мой юный друг требует удовлетворения за нанесенную обиду. Разве вы, королевский офицер, можете отказать ему? Джек улыбнулся. Формально поединки были запрещены, однако отказаться от вызова означало покрыть позором офицерский мундир. Некоторым после такого поступка приходилось увольняться со службы. - Но я не офицер, сэр, - заметил Джек. - Мое прошение об отставке было удовлетворено одиннадцать лет назад. Полнейшая абсурдность ситуации становилась для него слишком очевидной. Осознавая необходимость как можно скорее убраться со сцены, он наполовину повернулся, чтобы уйти. Но тут снова заговорил Тарлтон: