Книги в электронном виде

Мир-Хайдаров Рауль / Пешие прогулки

С Зеленстроем я рассчиталась по смете и через кассу и даже на всякий случай квитанцию храню. А то, что слишком уж хорошо лужайка получилась да живую изгородь аккуратно подстригли, так они ведь старались не для областного прокурора, не воображай, нужен ты им! Я объяснила, что затеяла музей на воздухе, и им это понравилось, они даже обещали мне кое-что подарить из керамики. Учти, я ведь тоже старалась для них: сама готовила, и моими кулинарными способностями остались довольны, так что, дорогой муж, все взаимно. Единственное, в чем я виновата, -- гарнитур для спальни, что мы приглядели с тобой, теперь купим года через два, не раньше, -- музей я затеваю с размахом. Амирхан обнял и расцеловал жену. -- Но это еще не все. -- Она, смеясь, вырвалась

Муркок Майкл / Китайский агент

там девушкой. Она казалась чем-то озадаченной. Выслушав собеседника, девушка покачала головой. Канг-Фу-Цу молча отошел в сторону и устроился в одном из глубоких кресел, расставленных в холле. Прошел час. Казалось, "Конфуций" за это время даже ни разу не шелохнулся. Чтобы не торчать на виду, Джерри решил заглянуть в бар, который обнаружил здесь же, почти рядом. Там наверняка есть телефон, и удастся сделать пару ставок на завтрашние собачьи бега в Уайт-Сити, между делом пропустить стаканчик чего-нибудь бодрящего и через стеклянную дверь приглядывать за китайцем. Корнелл вошел в бар. Для начала он заказал чашку кофе и спросил, нельзя ли отсюда позвонить. Официантка, миловидная ирландочка с большими синими глазами и довольно посредственной фигурой

Нибел Флетчер / Семь дней в мае

да удавалось внушить окружающим, что такому человеку, как он, ничего не стоит овладеть общим вниманием, что, кстати, он и делал. Пусть его талия была чересчур полной - это давало ему известное преимущество перед менее солидными людьми. Пусть его жесты были слишком размашистыми, а голос слишком громким для обычной беседы - это не вызывало протестов, поскольку казалось естественным для человека, привыкшего говорить, а не слушать. Сейчас, посматривая на Уотерса и ожидая поддержки своего предположения, сенатор всем своим видом и выражением глаз намекал, что не потерпит никаких возражений. Но журналист и не думал возражать. - Вы правы, сенатор, но ваша оценка слишком завышена. Результаты будут опубликованы завтра, и вы сможете убедиться, что только двадцать

Олдридж Джеймс / Дело чести

ни требовали, потому что мать лежала больная. И я тоже поэтому не занимаюсь больше политикой. Они молча продолжали путь, намеренно замедляя шаги. Трудно было быть предприимчивым, потому что Квейлю мешала пилотка под мышкой, и вообще он чувствовал себя неловко. Едва ли имело смысл разыгрывать кавалера. Он не знал, как подойти к этой девушке. Она не противилась, когда он крепче сжал ее руку, но он знал, что она воспротивится, если он попытается пойти дальше. И он не хотел рисковать. - Где вы работаете? - спросил он. - В Афинах? - Да. - Я когда-нибудь навещу вас, - сказал он, чтобы что-нибудь сказать. - Я работаю в небольшом госпитале за университетом. Там есть вывеска Красного Креста, так что найти нетрудно. Но я недолго там пробуду. Она оста

Ольбик Александр / Бой на Мертвом поле

мой. Своими ключами открыл дверь, а когда вошел, почувствовал специфические ароматы...Прошел в спальню, смотрю, а там идет битва половых гигантов. Они меня тоже заметили, однако в голову не взяли и, мне назло, продолжали заниматься сексом. Она визжит, как недорезанная свинка, а он ее по всякому кувыркает... -- Кто -- он? -- Полоз! -- Действительно, история, хуже не придумаешь, -- сказал Голощеков. -- Но это еще не все...Потом они, как ни в чем не бывало, сели завтракать. Я хотел уйти, но этот длинный гад меня не отпустил, заставил вместе с ними распивать коньяк. А выпив, я устроил им мыльную оперу, полез драться, но Полоз, скотина, меня вырубил. Стыдно вспоминать... -- Стыд не дым, -- сказал Воробьев. -- И чем все это зако

Ольбик Александр / Доставить живым или мертвым

астковый оказался зажатым между только что подсевшими людьми. От Сивко несло луковым перегаром, а от чеченца прелыми, давно не стиранными носками. Михайло напоминал грызуна: он быстро, передними зубами, разгрызал семечки, сплевывая шелуху себе под ноги. Он дотронулся до плеча сидящего впереди Гасанова и спросил: -- Все в порядке? -- Нет, не все, -- однако дальше при водителе такси тот говорить не стал. К дому Киреева они подъехали с тыльной стороны, но выходить из машины не стали. Гасанов со своего места внимательно осмотрел этажи дома. Вглядываясь в каждое окно, он думал о засаде. Повернувшись к участковому он сказал: "Иван, ты в какую квартиру заходил?" "В двенадцатую, а что?" "Ты ничего не заметил...Ну я имею в виду ка

Ольбик Александр / Почка для президента

аты от трактора "Беларусь". Они заметно оттягивали руки и ленточки от венков вместе с длинными полами модных плащей полоскались у самой земли. - Подай немного вперед и за мусорными контейнерами остановись, - сказал Николай. Когда припарковались, охранник опять вытащил из колонки ключи и отправился улаживать дела. Карташов, чтобы не сидеть в тоске, вышел размяться. У стены, накиданные друг на друга, лежали мощные колосники - обожженные, потерявшие в испепелении человеческих тел свои огнеупорные качества. Тут же находились отслужившие свое газовые горелки, напоминавшие по форме реактивные сопла. Хоздвор, хотя и был заасфальтирован, однако наводил на размышления о российском разгильдяйстве. Три гигантских контейнера были переполнен

ПЛАТОВА Виктория / Ритуал последней брачной ночи

кое я ненавидела еще со времен начала моей трудовой деятельности в Таллине. Тогда налакавшиеся вусмерть клиенты обливали им постели, пупки и нижнее белье, полагая (кретины!), что это очень эротично. А розы... Розы были слишком недолговечны, чтобы испытывать к ним какое-то чувство. И потом, на фотографии покойная жена Киви тоже была изображена с розой в руках. Так что понятно, кому на самом деле предназначаются и выпивка, и цветочки: задрав портки, Олев Киви горит желанием дважды войти в одну и ту же реку... - Это вам, - с придыханием сказал он и протянул мне увесистый букет. Ясен перец, мне не матерому же шоферюге, в самом деле! И шампанское тоже: придется пить его из горла, если Олев Киви заранее не запасся фужерами

Поликарпов Михаил / Жертвоприношение. Откуда у парня сербская грусть?

ффити на какие-то музыкальные темы. В киоске я купил пару югославских газет - по-моему, "Политику" и "Борьбу". Незнакомый до того сербский язык становится понятным - как-будто я его вспоминаю. Хм, никакой националистической истерии в прессе, анализ войны очень взвешеный и толковый. Как во мне просыпается понимание сербского? Генетическая память - или языки настолько родственны, что все очевидно по контексту? Автобус уносил меня в Сараево - дорога от Белграда заняла восемь часов. Из динамика льется сербская мелодия, в которую прочно въелись мусульманские мотивы - мне она не нравится. Один из пассажиров - молодой парень с оторванной по плечо левой рукой. Из разговора я понимаю, что это - результат ранения. Мост через Дрину у Зворника о

Пронин Виктор / Дурные приметы

ми глазами, пеньками вместо зубов, выпрашивающих друг у друга рублевки на стопку водки... И это было интересно, это волновало, тревожило, и за этим стремились сюда, подделывая приглашения, обманывая бдительных старух у входа, проникая с соседних улиц через чердаки и подвальные буфеты, подземные пустоты и тайные лестничные переходы, о которых мало кто знал. А ресторан! О, ресторан! Попасть в него было непросто даже члену Союза писателей, и требовалось некоторое знакомство с распорядителями, официантами, буфетчицами, чтобы, созвонившись за несколько дней, выпросить столик на двух человек, на четырех человек и оказаться наконец под резными потолками, у громадного камина, среди дубовых колонн, украшенных затейливой резьбой прошлых веков. Но в

Ромов Анатолий / В чужих не стрелять

йствительно хотел бы это сделать. Возможно, мне придется обращаться во многие инстанции... Решив пройтись до нотариальной конторы пешком, Пластов вышел на улицу и нос к носу столкнулся с Хржановичем. Краснощекий крепыш обиженно остановился: - Ну вот, Арсений Дмитриевич, я вчера два раза заходил! В жизни довольно полного для своих двадцати двух лет блондина Вадима Хржановича были две тайные душевные раны, два скрытых несчастья, которыми он постоянно тяготился: излишняя полнота и родители, вернее - отец. Потомственный пекарь Савелий Хржанович сделал все, чтобы во что бы то ни стало дать сыну приличное образование. Своей цели он почти добился и теперь не понимал, почему его сын вдруг связался "со смутьянами". С полнотой Хржанов

Рыбин Алексей / Генералы подвалов

обронить в его сторону "жида" или что-то в этом роде, ни позже - на институтских дискотеках или в таких же вот грязных проходных дворах. Опыт общения с уличными хулиганами у него имелся достаточный. Но ни разу в жизни Куз не чувствовал такой явной угрозы своей жизни, как сейчас, при виде этого, с первого взгляда совершенно безобидного, паренька. Это был не страх, а, скорее, растерянность. Куз понимал, что может одним ударом сейчас уделать этого подростка. Стоит только махнуть ему вполне мускулистой под куцым пиджачком рукой - и полетит парень блестящей своей мордой на сухой, крупный наждак асфальта. Но - за что? Он же ничего против него, Куза, еще не предпринял. Только спросил. Но интуиция подсказывала другое. Сейчас, говорила она, сейчас н