Книги в электронном виде

Шолохов Михаил / Рассказы

и, вышла на проулок, прошла под плетнем до речки и бросила вялое тело на ил, около воды. На другой день - праздник троица. У Макарчихи пол усыпан чабрецом и богородицыной травкой. С утра выдоила корову, прогнала ее в табун, шальку достала праздничную, цветастую, в разводах, покрылась и пошла к Алешкиной матери. Двери в сенцы распахнуты, из неметеной горницы духом падальным несет. Вошла. Алешкина мать на кровати лежит, ноги поджала, и рукою от света прикрыты глаза. На закоптелый образ перекрестилась Макарчиха истово. - Здорово живешь, Анисимовна! Тишина. У Анисимовны рот раззявлен криво, мухи пятнают щеки и глухо жужжат во рту. Макарчиха шагнула к кровати. - Долго пануешь, милая... А я, признаться, зашла узнать, не будешь ли ты продав

Шолохов Михаил / Тихий Дон

е, А я роду не простого... Десятки грубых голосов хватают на лету, ухают, стелют на придорожную пыль: А я роду не простого... Не простого - Воровского - Воровского, Не простого, Люблю сына князевского... Федот Бодовсков свищет; приседая, рвутся из постромок кони; Петро, высовываясь из будки, смеется и машет фуражкой; Степан, сверкая ослепительной усмешкой, озорно поводит плечами; а по дороге бугром движется пыль; Христоня, в распоясанной длиннющей рубахе, патлатый, мокрый от пота, ходит вприсядку, кружится маховым колесом, хмурясь и стоная, делает казачка, и на сером шелковье пыли остаются чудовищные разлапистые следы босых его ног. VI Возле лобастого, с желтой песчаной лысиной к

Домбровский Юрий / Рассказы

ь ему чужой и к нему вовсе не относящейся. Тогда он слегка приблизил голову к руке наместника, сощурил близорукие глаза и прочел первые две строчки: "Прошу Ваше Высокопревосходительство приказать немедленно взять под арест служащего при Вас чиновника Грибоедова со всеми принадлежащими ему бумагами". Это было так разительно, что он даже не испугался. Конечно, этого приходилось ждать. И все-таки все это он представлял себе совсем иначе. С секунду простоял он неподвижно, чувствуя, как у него заломило под ногтями и пересеклось дыхание, потом быстро взглянул на Ермолова. А тот уже кончил читать, аккуратно сложил бумагу вчетверо, не торопясь сунул ее в конверт, конверт положил в карман. - Ну, так, - сказал он, обращаясь к фельдъегерю. -

/ Воспитание собак (сборник)

вашу слабость и использует ее против вас. Кроме того, не гремите консервной банкой, наполненной камешками, и т.п. перед собакой, чтобы скорректировать ее поведение. Это только сделает вашу собаку неврастеником, и она всю жизнь будет бояться громких звуков. На ночь и тогда, когда вы не можете следить за щенком, поместите его в маленькую комнату или в угол комнаты, откуда он мог бы выглядывать, чтобы у него не развилась боязнь замкнутого пространства. Лучшим местом, наверное, будет кухня, потому что там пол выложен плиткой и легче устранить запах с помощью дезодоратора. Никогда не запирайте собаку там, где пол покрыт ковром. С ковра намного труднее убрать запах, хотя щенку, конечно, приятнее напачкать на

Твен Марк / Жанна д'Арк

ва, на этот раз в прекрасном летнем наряде; но если же душа оставалась грешной, то видение более уже не появлялось, и грешная душа, обреченная на смерть, уходила из жизни. Наконец, третьи говорили, что видение являлось лишь один раз, и только тем, чьи души не были запятнаны грехом, кто одиноко умирал в дальних краях и страстно жаждал увидеть хоть что-нибудь дорогое, напоминающее родину. А какое напоминание могло быть более отрадным для их сердец, как не видение Дерева, бывшего их любимцем, соучастником в радостях и утешителем в детском горе в чудесную пору ушедшей юности? Итак, как я уже сказал, было несколько мнений: одни верили одним, другие - другим. Но я знаю, что только одно из них истинно - последнее. Я не возражаю и против остальных:

Марло Кристофер / Пьесы

зум Так низко никогда не опускался, Чтоб взглядом удостоить подлецов. Ланкастер Но я вот этим удостою вас. (Вынимает меч, намереваясь заколоть Гевестона.) Общее смятение. Король Эдуард Предательство! Измена! Где изменник? Пембрук Любой из нас! Король Эдуард Скорее Гевестону Охрану дать и увести отсюда! Они его убьют. Гевестон Пусть жизнь твоя Расплатой будет за твою измену! Мортимер Младший Нет, сам ты жизнью нам заплатишь, раб! Когда б мне только меч не изменил... (Ранит Гевестона.) Королева Изабелла О Мортимер безумный! Что ты сделал? Мортимер Младший Не более того, за что ответить Готов я, если был бы он убит. Свита обступает Гевестона и уводит

Мартен Дю Гар Роже / Семья Тибо

влений о гуманизме и демократии, в какой-то мере уже являются анахронизмом. Вероятно, сложность обстановки, возникшей после второй мировой войны, невозможность дать четкие ответы на запросы молодежи и породили главные трудности, с которыми он столкнулся в "Дневнике полковника Момора". Художник, столь уверенно утверждавший своим творчеством идею преемственности, эстафеты поколений, кажется, усомнился, может ли она быть передана в современной обстановке. Между тем высокая оценка, которую творчество Мартен дю Гара получило в странах социализма и в прогрессивной критике, явно опровергала эти сомнения. Может быть, это почувствовал и сам писатель. К его семидесятипятилетию (1956) в издательстве Галлимара вышло полное собрание его сочинений, с большо

Миронов Арсений / Древнерусская игра 1-3.

ь Всеволод указал всем холопам своим к оружию, и отец твой. Лык, промеж первых погибнул... Эх, крамола тебе, Мстиславе, отцову память осмеять! Я обиделся. Вот так всегда: стоит слово сказать, и уж крамола! Да я... я за милого папашу кому хочешь горло перегрызу! Геройский, видно, был предок, хоть и холоп. "Мстислав Лыкович" - так, стало быть, меня теперь зовут... Остается невыясненным, кто такой Стожар. Осторожно подбирая слова, я спросил об этом у хиппака - и тут же пожалел. Мой вопрос вырубил его на месте: хлопая незрячими глазами, парень замер, как зависший компьютер, медленно поедаемый вирусом. - Ч-чур меня обрани! - Он выдавил из себя диалектное ругательство. - Что тя обрало? Стожар - это божко наш, племени стожаричей... Побоись горя, Мстиславе,

Гальфрид Монмутский / История бриттов

й стрелой, распростился с радостью, которая дарует нам жизнь. После его гибели королева Гвендолена, неистовая и яростная, как и ее отец, взяла в свои руки кормило правления. Эстрильду и ее дочь Хабрен она приказала бросить в реку, которая ныне зовется Сабриной, и по всей Британии разослала указ, предписывавший называть эту реку по имени девушки. Она хотела, очевидно, обеспечить ей таким образом вечную память, ибо та родилась от ее супруга; вот почему эта река на языке бриттов носит название Хабрен, но по причине искажения обычно зовется Сабриной. После убийства Локрина Гвендолена царствовала пятнадцать лет, он же - десять. Увидев, что ее сын Маддан достиг уже зрелого возраста, она вручила ему бразды правления, пожизненно сохранив за собою лишь о

Монтеские Шарль / Персидские письма

и дозволь мне повергнуть ее язвы к стопам твоим. Посылай свои священные письма в Эрзерум: там я пробуду несколько месяцев. Из Эрзерума, месяца Джеммади 2, 11-го дня, 1711 года ПИСЬМО XVII. Узбек к нему же Я не могу, божественный мулла, преодолеть нетерпение: нет сил дождаться дивного ответа. Меня обуревают сомнения, рассей их: я чувствую, что ум мой мутится; верни его на путь истины; источник света, просвети меня; срази своим божественным пером трудности, которые я сейчас изложу тебе; внуши мне презрение к самому себе и стыд за тот вопрос, который я тебе сейчас предложу. Отчего наш законодатель лишает нас свиного мяса и всех видов говядины, называя их нечистыми? Отчего он запрещает нам дотрагиваться до трупа и повелевает беспрестанно

Нейхардт А.А. / Легенды и сказания древнего Рима

и из города своего отца - престарелого Анхиса и маленького сына Аскания-Юла[*]. Эней с жаром живописал взволнованной Дидоне страшную картину ночной битвы в городе, захваченном врагами. Эней проснулся от стонов и звона оружия, которые слышал сквозь сон. Взобравшись на крышу дома, он понял смысл губительного дара данайцев (греков), понял и страшный смысл своего сновидения. Охваченный яростью, Эней собрал вокруг себя молодых воинов и ринулся во главе их на отряд греков. Истребив врагов, троянцы надели доспехи греков и уничтожили многих, введенных в заблуждение этой хитростью. Однако пожар разгорался все сильнее, улицы были залиты кровью, трупы лежали на ступенях храмов, на порогах домов. Плач, крики о помощи, лязг оружия, вопли женщин и детей -

Носов Евгений И. / Усвятские шлемносцы

оверкотовой, закапанной мазутом восьмиклинке, подпершись руками, сидел Прошка-председатeль, поверженно и отрешенно глядевший на свои пыльные, закочуренные сухостью сапоги. Помимо косарей сбежался сюда и весь прочий усвятский народ - с бураков, скотного двора, Афоня-кузнец с молотобойцем и даже самые что ни на есть запечные старцы, пособляя себе клюками и костыликами, проплелись, приковыляли на железный звяк, на всколыхнувшую всю деревню тревогу. И подходя, пополняя толпу, подчиняясь всеобщей напряженной, скрученной в тугую пружину тишине, люди примолкали и сами и непроизвольно никли обнаженными головами. А Прошка-председатель все так и сидел, ничего не объявляя и ни на кого не глядя. Из-под насунутой кепки виден был один лишь подбородо