Книги в электронном виде

Пол Фредерик Уильямсон Джек / [Дитя звезд 1-2.]

тец. Он так и не понял, что новых горизонтов нет, но ты должен это понять. План Человека основан на постоянном сокращении тех пагубных личных свобод, что когда-то почти разрушили наш мир. Война! Пылевые бури! Наводнения! Лесные пожары! - Каждое слово было жестким и точным, он словно выплевывал их в лицо Райленду. - Нам приходится платить по счету за то, что было растрачено твоим отцом и такими, как он. Никогда не забывай этого, сынок! Райленд стоял молча. Спорить с этим человеком было невозможно - эту властность и самоуверенность мог бы поколебать ствол пистолета, но не человеческие аргументы. Немного спустя, Райленд сказал: - Я этого и не забывал. - И не забуду, подумал он, пока у меня на шее этот железный воротник. - Тебя беспокоит кольцо, - неожиданно с

Полякова Татьяна / Караоке для дамы с собачкой

зяину. Откуда у людей такие фантазии? - Вы... - начала она, поднимаясь. - Я к господину Яхонтову, - с милой улыбкой сообщила я. - Одну минуту. - Дама кинулась к двери справа и ненадолго исчезла за ней. - Прошу вас, - сказала она, появляясь вновь. Я вошла и смогла лицезреть Вольдемара Петровича, который при моем появлении поднялся из-за стола и пошел мне навстречу. - Рад, рад вас видеть, уважаемая Ольга Сергеевна, - сладко пропел он и даже к ручке приложился. Я улыбнулась, давая понять, что оценила его старания. Яхонтов был коротышкой, с огромным брюхом и более всего походил на пивную бочку. Костюмы он презирал, ходил в потертых джинсах, толстовках и ботинках на высоких каблуках, носил бороду, пышные усы а-ля Николай II, серьгу в ухе и вол

Сандему Маргит / [Люди Льда 04.] Томление

нала кое о чем, что скрывал сам Тенгель, полагая, что его поведение незаметно для окружающих. Она-то знала: чем старше он становился, тем труднее ему сдерживать ту злую волю, которая гнездилась в нем всю его жизнь. Пока он был молод и силен, он умел обращать волю на добрые дела. Но только теперь она поняла, с каким трудом ему давалось это. Иногда, в моменты усталости и изнеможения, она видела выражение его лица - и это пугало ее, она отворачивалась. Тенгель не хотел никому навредить, и потому его борьба с самим собой делалась все суровее с каждым годом. И она понимала, почему он так измучен жизнью. Она повернулась на кровати. - Как твоя нога вечером? - спросил он. - Получше. В колене сгибается нормально. Тенгель положил свою горячую руку на ее колено.

Свифт Грэм / Последние распоряжения

знаю, что ей совсем плохо, по крайней мере сейчас. Знаю, что этой ночью она снова придет в комнату для гостей, где спим мы с Мэнди, и захочет, чтобы я обнял ее и Держал так, прямо перед Мэнди, точно я ее новый муж, точно я - это Джек. "Мне-то легче", - говорит он. Я гляжу на него. "Не сказал бы, что это плевое дело", - говорю. "Некоторые паникуют", - отвечает он. Сестра Келли наклоняется над каким-то другим бедолагой. Когда я в первый раз ее увидел, я сказал ему: "Ну, Джек, тебе свезло, ты тут живо поправишься". Но теперь помалкиваю. Я не знаю, радость это или пытка - когда тебя, умирающего, накрывает одеялом такая соблазнительная девочка. Ее зовут Джой. Сестра Джой Келли. Так написано у нее на значке, на левой груди. Джек при смерти, а

Уотсон Йен / Миссия инквизитора

родил по кораблю, изучая его устройство. Среди пассажиров было много паломников, мечтавших побывать на открытии Истинного Лица Императора. Эту церемонию проводили раз в пятьдесят стандартных лет в Шандабаре, столице Сабурлоба. Чтобы не вызвать подозрений у верующих, Гримм остерегался расспрашивать пассажиров о церемонии. Большинство паломников копили деньги всю свою жизнь, чтобы позволить себе это путешествие. Увидеть Истинное Лицо Бога - значит, получить вечное благословение и гарантированный рай для души. Бесхитростные люди считали, что и Гримм, и его угрюмый хозяин, и даже раб тоже летят за благословением. Когда рядом не оказалось посторонних, Гримм позволил себе несколько саркастических замечаний в адрес наивных паломников, чем заслужил суровый выговор Т

Живов Вадим / Двойник

, на этот раз отказался. Едва за ними закрылась дверь кабинета, оживление исчезло с его лица. - Почему ты закрыл дело на Митинском холодильнике? - спросил он, когда вышли на Страстной бульвар и расположились на скамейке в тени молодой листвы тополей. - За отсутствием состава преступления, - удивленно ответил Герман, недоумевая, откуда об этом мелком деле знает Демин. - Они списали десять тонн мяса. Испортился компрессор, вовремя не заметили. Статьи тут нет, это административная ответственность. - Кто знал, что ты вынес постановление о прекращении дела? - Как кто? Начальство. - И все? Вспомни, это важно. Герман вспомнил: в тот день сломалась электрическая "Оптима", полетел ремень. Пришлось идти в соседний кабинет, там он и напечатал постановлени

Холт Виктория / Дочь обмана

. Леди Констанс никогда бы не позволила своему мужу водить дружбу с какой-то ветреной актрисой, ведь так? Поэтому-то она никогда не слышала обо мне, а мы не разговаривали о ней. - Но Чарли так часто приезжает в Лондон... - Это бизнес, моя дорогая. Есть тысячи мужчин, которых бизнес заставляет уезжать из дома. Ну, а я для Чарли что-то вроде части его бизнеса. - Ты хочешь сказать, что если бы она знала, то запретила бы ему бывать у нас? - Можешь не сомневаться. - Но теперь это стало известно ее сыну. - Я знала, что мне не следует посылать тебя с этим письмом. Я поняла это сразу же после твоего ухода. Думала, ты только отдашь его и все. - Я так и собиралась сделать. Но горничная провела меня в гостиную. Я ожидала встретить там Чарли,

Холт Виктория / Подмененная

ать маме о том, что слышала про первую жену Бенедикта. Возможно, мне удалось бы предупредить ее, но подходящий момент прошел. Она, кажется, не заметила этой вынужденной паузы. - Да ничего, по-моему.., не помню... - сказала я. Насколько могу вспомнить, я впервые солгала маме. Бенедикт Лэнсдон, действительно начал разделять нас. *** В Лондон приехали бабушка с дедушкой. Я была расстроена, потому что они, видимо, восхищались Бенедиктом Лэнсдоном и радовались этому браку. Велись бесконечные разговоры об избирательном округе и о возможности всеобщих выборов. - Пока шансов не слишком много, - сказал дедушка. - Гладстон сидит крепко.., разве что он опять потерпит крах с ирландским вопросом. - Все в свое время, - сказала моя мать. - Мы не

Холт Виктория / Черный лебедь

тому вопрос о миссии в Буганду вновь был поднят. В конце августа, то есть через год после того, как мистер Гладстон целовал в Осборне руку королевы, миссия была наконец готова к отправке, и одним из шести ее членов был избран Джоэль. За два дня до его отъезда мой отец дал званый обед, чтобы все друзья и доброжелатели могли попрощаться с Джоэлем. Это был чудесный вечер, хотя члены правительства были несколько подавлены размышлениями о том, надолго ли им удастся сохранить свои посты; но Джоэль ощущал себя триумфатором как один из самых молодых членов палаты общин, избранный для выполнения этой важной миссии. После того как мужчины оставили свой портвейн и присоединились к дамам в гостиной, мы с Джоэлем уселись вместе в уголке. - Все идет прекрасно, - ска

Холт Виктория / Обет молчания

Грейс в табели о рангах мадам Рошер являлась Мари де Ланге, француженка, в жилах которой, как полагали, текла королевская кровь. Мари, несомненно, хорошенькая, довольно апатичная девочка, прилагала очень мало усилий, чтобы взять верх в этом соперничестве, поэтому Грейс восторжествовала и ее распоряжение впредь называть Аннабелинду Аннабе было выполнено. В "Сосновом Бору" огромное внимание уделялось светскому воспитанию. Из нас скорее стремились сделать молодых леди, которые смогли бы вращаться в самых высоких светских кругах, чем образованных людей. В результате огромное значение придавалось урокам танцев, игре на фортепьяно и так называемым вечерам бесед. Они проводились в большом зале, с развешанными на стенах поблекшими гобеленами и портретами. Мы сидели под

Коллинз Макс Аллан / [Натан Геллер 5.] Похищенный

знаменитостями, как полковник Чарльз Август Линдберг, если не считать Аля Капоне, с которым, по большому счету, я тоже никогда не встречался. К тому же Линдберг был одним из немногих людей на этой бесславной планете, которыми искренне восхищался и которых уважал даже такой неисправимый чикагский циник, как ваш покорный слуга. Лишь на несколько лет старше меня, Линдберг был несомненно одним из самых знаменитых и уважаемых людей в мире. Каких-то пять лет назад он на маленьком одномоторном самолете под названием "Дух Святого Луи" пересек Атлантический океан; эта увеселительная прогулка длиной в 3610 миль - первый одиночный беспосадочный перелет из Нью-Йорка в Париж - мгновенно превратила скромного долговязого юношу (тогда ему было двадцать пять лет от роду) в междунаро

Шевалье Трейси / Девушка с жемчужиной

, но я не осмелилась. Наконец я задула свечу - не стоило жечь ее понапрасну в свой первый день в новом доме - и легла на спину, вперив глаза в то место, где, как я знала, висела картина. Несмотря на усталость, я плохо спала в ту ночь, часто просыпалась и смотрела в сторону картины. Хотя в темноте ничего не было видно, картина во всех подробностях запечатлелась у меня в уме. Когда стало светать и опять проступили ее очертания, у меня появилось чувство, что Божья Матерь смотрит прямо на меня. Встав на следующее утро, я старалась не смотреть на картину и вместо этого стала в тусклом свете, идущем из кладовки, разглядывать мебель в своей подвальной комнатушке. Особенно разглядывать было нечего - несколько обитых гобеленом стульев громоздились в углу, в другом