Книги в электронном виде

Рокотов Сергей / Тайны подмосковных лесов

ико хочет есть, только сейчас до него дошло, что у него за сегодняшний день не было во рту ни хлебной крошки. Аркадий умело открыл бутылку шампанского, разлил по красивым хрустальным бокалам. Перед тем, как выпить, Аркадий, держа бокал в руках, долго смотрел на Машу, и она отвечала ему нежным взглядом. В её глазах он не видел ни тени раскаяния. И это почему-то очень нравилось Аркадию. А нравилось ему это потому что в его глазах тоже не было ни тени раскаяния. Она смотрела на него влюбленными, полными желания глазами. И он ничему не удивлялся, ни ей, ни себе. Он безумно устал от сегодняшнего дня, та много в себя вместившего. И хотелось ему только одного - отдыха души, тепла, любви... - За наше счастье, - еле слышно проговорил Аркадий. - За нас с тобой, - так же тихо от

Рок Филип / Грязный гарри

икант, тощий молодой парень с усталым лицом, только улыбнулся. Сложив руки, он оглядел Гарри с головы до пят. - Вас выудили из залива? Гарри зафыркал и перебросил сигару из одного угла рта в другой. - Вы меня удивляете, Кэллаген. Вы самая выдающаяся личность, которую я когда-либо встречал. По части попадания в переделки. Что на этот раз? - Огнестрельная рана в бедро, - проворчал Гарри. Доктор укоризненно покачал головой и прищелкнул языком. - Не лучше бы вам жениться на молоденькой, Гарри, а? - Ты большой умник, только с ослиной башкой, - огрызнулся Гарри. - Ладно, давайте посмотрим. - Врач повернулся к столу и взял тазик нержавеющей стали и комплект инструментов. Гарри глядел на это с сомнением. - Это для чего ножницы? - Я собираюсь разрезать твою левую штанину

Рокотов Сергей / Воскресший для мщения

деньги буквально из ничего... А он-то, спрашивается, чем хуже этих недоумков? Он, закончивший Плехановский институт, он, выросший в торговой семье, да ещё в какой... До окончания института он проедал остатки отцовских денег и плюс к тому был как бы и на содержании у матери. А теперь... От работы, которую она ему нашла, он отказался, тем самым, как бы вроде и отказался от её материальной поддержки. А вот, выясняется, что прожить без этой поддержки он не в состоянии... А деньги тают, стремительно тают, как мороженое в жаркий день... Хорошо еще, что мать платит за эту, с позволения сказать, квартиру в спальном районе. Да, впрочем, ради чего платит? Ради себя самой же. Чтобы он не мешал её романтической любви... В этом, девяносто первом году в Москве появились коммерческие

Лютый Алексей / [х-ассенизаторы 1.] ответный плевок

подозрительно посмотрел на украинца. — А ты типа антисемит? — Нет! Просто не люблю, когда кто-то пытается выдать себя за другого, — отрезал хохол. — Немцы это немцы. Москали это москали. А уж если негр, то должен быть с нормальной для негра фамилией. Тумба-Юмба, например… — А у тебя у самого какая фамилия? — подозрительно посмотрел на него Шныгин. — Самая украинская. Пацук. Микола Григорьевич, — усмехнулся парень с оселедцем. — Есаул отдельной бригады украинского спецназа. Специализируюсь на подрывных работах и диверсионной деятельности. — Ну вот, блин, и познакомились, — усмехнулся Шныгин. — Ладно. Вы тут отдыхайте, а я пока пойду проверю, как здешняя банька работает… Инспекция бани была, конечно, важным и ответственным дел

Стюарт Мэри / Мерлин 4. (День гнева)

Главной постройкой дворца был огромный зал в самом центре пространства, огороженного стенами. Это был "общий" зал, где собирался двор, где давались пиры, выслушивались петиции и где по ночам спали многие придворные - знать, командиры королевиных отрядов и управляющие королевы. Зал состоял из большого вытянутого помещения, в которое выходили другие покои поменьше. Вокруг зала простерся внутренний двор, где обитали слуги и солдаты королевы: спали в пристройках вдоль внешних стен и ели вокруг своих костров в самом дворе. За стены дворца вели единственные, они же главные, ворота, массивное сооружение, с обеих сторон охраняемое караульными помещениями. На небольшом расстоянии от построек остального дворца и соединенное с ними длинным крытым переходом стояло сравнител

Стюарт Мэри / Мерлин 5. (Принц и паломница)

ь здесь убежища. Но у беглянки не было времени послать гонца с вестями о смерти Бодуина и с просьбой приютить ее и ее осиротевшего сына. И потому, пока усталая маленькая кавалькада медленно тащилась по петляющей вместе с рекой долинке на последнем переходе своего дальнего пути, Анна вовсе не была уверена в приеме. Она никогда не встречалась с Барнабасом и не имела представления о том, что это за человек. Ветеран Артуровых войн, женатый на состоятельной вдове и удалившийся в отставку в укромное поместье посреди этих богатых земель? Возможно, и даже вполне вероятно, с ужасом и нехорошим предчувствием думала Анна, что он захлопнет ворота перед вдовой Бодуина и его юным сыном, который может отнять Крейг Эриэн у него и у его наследников. И кто станет винить Барнабаса, если он не

Романовский Владимир / Валюта для надежды

и бледное лицо, волнами спадали на плечи. Чистый, точеный нос, высокие скулы. В ней ощущалась природная неукротимая настойчивость, и в то же время - он почти физически чувствовал её состояние - от неё словно исходила волна отчаяния и одиночества. Черное, отчаянное одиночество среди ясного сентябрьского дня. Он подошел к будке и встал рядом, будто собирался звонить. "Красивая, что её может так печалить?" - подумал он. Уланов передвинулся немного, чтобы лучше были видны её губы. И он понял, кому она звонила. - Не вешайте трубку, пожалуйста, - он приоткрыл дверь кабины, - вы ведь говорите с Бурмистровым? Елена удивленно поглядела на него, и вдруг он заметил, как в глубине её глаз что-то дрогнуло, она тряхнула головой и проговорила в трубку: - Михаил Иванович, секундочк

Романовский Владимир / Генерал и его женщина

это ему удавалось. Однако, на приглашение посетить свою холостяцкую квартиру она неизменно отвечала отказом. Тогда он сам приехал в Новозаборск. После ужина Юлия отправила его ночевать к своему соседу, Ивану Ивановичу Красильникову. С ним они раздавили две чекушки и всю ночь вспоминали старое время. - Ты присматривай здесь, пока меня нет, - внушал Петрунин Красильникову. - Как это присматривать? - насторожился тот. - В хорошем смысле. Жениться я хочу. Прошу тебя как будущего посаженного отца, понимаешь? Это даже больше, чем отец родной. - Не староват ты для жениха-то? - Нет, по статистике, это самые крепкие браки. У тех, кто по второму заходу. - По статистике, по статистике... По твоей статистике, у нас уже подъем производства начался, а жрать все нечего, - п

Романовский Владимир / Я объявляю войну

рь покачал головой. - Чьи это деньги? - Клиенты привезли предоплату... Наличными. Мы хотели их сдать в банк, - я так поняла. Мое дело было оформить документы. - А что за товар? - Не знаю. Игорь снова переглянулся с Андреем и выключил диктофон. - Натали... Можно я буду звать тебя Натали? И давай тоже на "ты", видно такой уж сегодня день... Не возражаешь? Будем без церемоний. - Нет, нет... Конечно, - согласилась Наташа. Ей было спокойно среди этих людей, она чувствовала себя просто и легко. - Натали, какое имя, а? - Игорь повернулся к Андрею. - И молчал, конспиратор. - Так уж случилось, - смущенно сказал Андрей. - Натали, можно тебя попросить приготовить кофе и что-нибудь погрызть? Пойдем, я тебе покажу, где что, - Игорь поднялся. Наташа покорно отправилась за н

Романовский Владимир / Личное оружие

нил бокалы. Подошел Мареничев, наклонился к столу, на коленях у Саватеева оказался завернутый в салфетку тяжелый предмет. Он незаметно сунул небольшой пистолет за ремень, запахнул пиджак и поднял бокал. Высокий оценивающе разглядывал Саватеева, поднявшего бокал. - Кажный лох должен знать свое место, - пробормотал он и, прихватив стул, направился к столику Саватеева. Приставил стул, присел на край и в упор, прищурив глаза, взглянул на Саватеева. - Ну что уставился? - Саватеев сдержанно улыбнулся. - Разуй глаза, дорогой, а то на чукчу похож. - Ты вот что... Это самое... Зачем деньги дал? Откупиться хочешь? - парень скрипнул зубами. Нинико смотрела на него с ужасом. - Выходи, поговорим. Нинико схватила Саватеева за руку: - Женя, давай уйдем. - Ну уж нет. Подожди ми

Романовский Владимир / Наследник олигарха

дежурному: - Ты с машиной? - Само собой. Стоит во дворе, - с готовностью ответил тот. - Я с часок поработаю здесь с документами, а ты... - Петровский достал бумажник, извлек из него несколько купюр. - Слетай-ка на Тверскую, в супермаркет. Возьмешь "Мартини", тоник, коробку конфет... - Так это все и ближе есть, Альберт Григорьевич... - удивился дежурный. - Я всегда беру только там. Проверено, понял? И тебе советую, заведи проверенную точку, иначе когда-нибудь тебя отравят, такое уж теперь время... - Понял. Там, значит там, - послушно повторил дежурный и, взяв деньги, направился к двери. Оставшись один, Петровский заглянул в подсобку дежурного и, убедившись, что она пуста, направился в гостиную. Просторная комната с двумя зашторенными окнами напоминала небольшое ка

Романовский Владимир / Рассказы

в этом хаосе общий ход рассуждения. Старк пересек зал ожидания и направился в ресторан. Отыскав уединенное место у окна, поманил пальцем метрдотеля. Молодой парень, самоуверенный, крепкий и трезвый, как нью - йоркский полисмен, и почти в такой же темно-синей форме, только без оружия, подошел и слегка наклонил коротко остриженную голову: - Я вас слушаю... - Шеф, я жду трех приятелей, мы поужинаем... Пусть этот столик будет за мной, хорошо? - Старк говорил без малейшего акцента, быстро и уверенно. Он никого не ждал, просто хотелось остаться одному, бывает такое в чужой стране. Чтобы окончательно закрепить за собой приглянувшийся столик, протянул метрдотелю 50 - долларовую купюру. - Спасибо, не надо. Ресторан и так полупустой...Но предупреждаю: если будет наплыв, ког