Книги в электронном виде

Уильямс Тэд / [Иноземье 2.] Река голубого пламени

Хвост сказал, что если она его не съест, то он откроет ей что-то важное. И Первая Женщина позвала Первого Мужчину, чтобы и он послушал, что расскажет Голый Хвост. - Я поведаю вам о большом секрете, - сказал Голый Хвост. - Желтые Глаза, который живет снаружи в холоде и мраке, обладает волшебной вещью, которая гнется от малейшего ветерка, но все же не улетает. У нее нет зубов, но она может съесть твердую ветку. И эта волшебная вещь очень теплая, она отгоняет холод, и именно из-за нее глаза Желтых Глаз ярко светятся в темноте. - И какой нам толк от твоего секрета? - спросил Первый Мужчина, - Ведь Желтые Глаза никогда не отдаст нам волшебную теплую вещь. - Но мы можем обмануть его и украсть эту вещь, - предложила Первая Женщина. - Разве не овладели мы шкурой

Зуев-Ордынец Михаил / Последний год

что Красное Облако водит вороньих и волчьих людей из края в край по всей необъятной юконской низине не ради охоты, а именно ради этих таинственных совещаний вождей. Только стойбища родственных такаякса-ттынехов обошел Красное Облако и не совещался с их анкау. Андрей, знавший, что у такаяксов побывал Белый Горностай во время зимнего своего похода 1843 года, и намеревавшийся расспросить их о Загоскине, был удивлен и огорчен этим объездом и спросил Красное Облако, почему тот не захотел встретиться со своими сородичами. - Такаяксы - люди нашего племени, они тоже ттынехи, а мы зовем их югельнут, чужие. Они не охотники и не воины, они торгованы. Они отдают своих дочерей в жены касякам, пьют ерошку и крестятся. Это не наш народ. Это жирные, пьяные торгованы. Они опозорили

ФЕРРИ Габриэль / Лесной бродяга

предыдущий раз, микелет решил не смыкать глаз всю ночь, вопреки ожиданиям дона Лукаса. Мы оставим Хосе пока на его посту и займемся тем, что происходило на берегу недалеко от бухты Энсенада. Ночь выдалась такая же темная и туманная, как и предыдущая; кругом все было безлюдно и молчаливо. Но вот около десяти часов вечера вдалеке показалось парусное судно и вскоре вошло в лабиринт прибрежных скал. По своему виду оно подпадало под разряд военных судов. Судно лавировало с таким искусством и ловкостью, что им, видимо, управляла опытная рука, отлично изучившая курс, которым шло судно. Пройдя узким лабиринтом меж скал, где море ревело и пенилось, ударяясь о камни, судно вошло в обширную бухту, совершенно тихую, где волны лишь лениво и почти бесшумно лизали песчаный бе

Ламур Луис / Джубал сэкетт

л его взгляд, устремленный на оленью шкуру, на которой Ни'квана нарисовал свою карту. Я придвинул ее поближе к себе. Он заметил мое движение, и в глазах его вспыхнул гнев. Выше меня на несколько дюймов, гибкий и необычайно сильный Капата мог оказаться опасным противником. Ни'квана говорил о предсказании. - Со времен Воинов Огня мы не видели таких людей, - объяснил он, - но ветер доносит слухи, которые заставляют нас тревожиться. Неужели правда, что Воины Огня возвращаются? Индейцы племени начи помнили предания о Де Сото, с его мушкетами и пушками. Его людей они называли Воинами Огня. - Он не вернется, но придут другие, - предположил я. - Вам следует остерегаться. - Ваши соседи тоже становятся сильнее, - сокрушенно заметил Ни'квана. - А сильные

Самохин Дмитрий / Вишневый самурай

л графу "сумма": шестнадцать тысяч! Трои приплюсовал к задатку солидную добавку за беспокойство. - Завтра встречаюсь с Самсоном. Можешь подготовить... - Завтра? Не пойдет! Я хочу, чтобы ты встретился с ним сегодня! - жестко потребовал Трои. Я понимал чувства отца. Когда над сыном завис ржавый меч правосудия, тут не до сантиментов и не до дипломатии. Нужно срочно хватать отпрыска за волосы и вытаскивать из болота! Встречаться с Самсоном сегодня мне было лень, но отказать столь щедрому клиенту я не мог. - Хорошо, давай вечером... - Я распахнул ежедневник и взял ручку, приготовившись записывать. - Адрес? - Даг, мне очень нужно, чтобы ты встретился с ним немедленно. Я отвезу. Трои был настроен решительно. Я тяжело поднялся с кресла, открыл

Буркин Юлий / Бриллиантовый дождь

овится датским королем! - Шекспир порывисто повернулся к столу и при- нялся торопливо писать, но тут же был вынужден остановиться: - Проклятье! Слома- лось перо! Вот запасное! - Отстой, - тихо сказал очкарик сам себе на неизвестном Шекспиру языке. - Кровавый триллер. Классика называется. Чиркнув еще несколько строк, Шекспир вскочил из-за стола и обернулся к сво- ему загадочному гостю: - Милостивый государь, вы спасли пьесу, вы спасли театр "Глобус", и вы спасли меня! Кто вы? Что это за книга?! Что вы хотите от меня взамен? Очкарик поспешно захлопнул томик и сунул его в свой мешочек. - Я хотеть вот что. Что вы никогда не писать про мавра Отелло и его жену Дез- демону. - Я знаю эту глупейшую новеллу итальянца Джиральди Чинтио, - покивал

Арсеньева Елена / Твой враг во тьме

ера вся на чем, по твоему, зиждется, как не на песке? А здесь? Эти картонные домики... - Он обвел рукой бесконечные ряды серых блочных девятиэтажек, из которых, собственно и состояла Гордеевка. - Вон единственное из все приличное здание, а остальные... "Приличное здание" - кирпичная высотка - тянулось к небу, словно толстая красная свеча. - Доктора сюда! - закричали из гаража. Парни переглянулись. Так... Нашли, значит, Игоря Ивановича. Доктор проскочил вперед, они тоже заглянули, но Молодец, стоявший на краю провала и помогавший врачу спуститься, покачал головой. Все ясно. Все ясно... Вытащили труп. Игорь Иванович уже закоченел, и его руки, прижатые к плечам, словно он силился удержать валившуюся на него смертельную тяжесть, невозможно было р

Кэрролл Сьюзен / Жена для чародея

й пыл, дверь распахнулась и наружу высунул голову сморщенный плешивый старикашка. Из-под кустистых бровей сверкали черные глазки, и, глядя на него, Медлин невольно вспомнила сказки о злых гномах, добывающих золото в подземных глубинах. Гном, стоявший перед ней, недовольно поджал губы. - Я же велел вам убираться подобру-поздорову! - рявкнул он. - Люциус Тригхорн не такой человек, чтобы пускать в дом чужих без хозяйского дозволения. В особенности женщин, - последнее слово он выплюнул с таким презрением, словно произносил название мерзкого и опасного насекомого. - Мы не чужие, болван ты этакий, - сказала Хэриетт. - Сейчас же отвечай, куда подевался мистер Сентледж? - Он изволит прогуливаться. - И когда он должен вернуться? - А я по

Крузи Дженнифер / Ловкие женщины

жные шкафы были приемлемого качества, хотя и стояли здесь, вероятно, со дня основания агентства. На среднем шкафу красовалось чучело птицы, что придавало комнате вид иллюстрации к стихотворению Эдгара По "Ворон". Нелл с отчаянием вспомнила свой уютный офис, потерянный при разводе: бледно-золотистые стены, эстампы в золотых рамках, светлые деревянные столы и мягкие серые диваны. Она опустилась в потрепанное вращающееся кресло. То, на котором она сидела в страховом агентстве, было более современным. "По крайней мере это только на полтора месяца. А может, и нет. Он наверняка уволит Линни. А это означает... постоянную работу". Нелл оглядела приемную. Если она здесь останется, то можно будет кое-что изменить. Например, покрасить стены. Расстаться с диваном и птичкой...

Грегори Джил / Моя долгожданная любовь

ом состоянии, а теперь вдруг разнервничалась. А что, если Джим рассердится, если он будет против такой серьезной перемены в их безмятежной жизни? Мысль об этом прежде не приходила ей в голову, но теперь, поглядев на снимок и вспомнив, как они были поглощены друг другом в дни медового месяца, Брайони засомневалась. Тот чудесный секретик, знанием которого она наслаждалась весь вечер, поджидая лишь подходящего момента, чтобы поделиться им, был готов сорваться с кончика ее языка, однако она колебалась. Она видела, как глаза Джима, в прохладных голубых глубинах которых отражалась спокойная, выдержанная сила, вопрошающе смотрят на нее. Неожиданно он приподнял жену так, что она оказалась на ногах, и аккуратно развернул ее лицом к себе. Подставив под ее мале

ФЭЙЗЕР Джейн / Венера

альню. Украдкой взглянув на госпожу, Сьюзан боязливо попятилась. А вдруг слова ее покажутся леди Маргарет оскорбительными и та опять пустит в ход свою гибкую ореховую трость? - Я хочу встать, - решительно заявила хозяйка. Так как леди Маргарет не могла и мысли допустить о том, чтобы выйти из спальной комнаты, не одевшись предварительно самым тщательным образом, прошло никак не меньше часа, прежде чем она была готова. В строгом чепце на аккуратно зачесанных седеющих волосах и в унылом сером платье, украшенном лишь широким кружевным воротником, она направилась неспешной, степенной поступью под взглядом любопытных глаз в опочивальню лорда Кинкейда. Весь дом, казалось, с замиранием сердца следил за ней. Остановившись у двери спальни, леди Маргаре

Ланзони Фабио / Викинг

на, из-за которой мы по- прежнему не сможем быть вместе? Ты можешь сказать с уверенностью, что это последняя отсрочка? Моника печально покачала головой. - Нет, не могу. Но разве честно, что жертвовать приходится мне одной. Ведь это же мне придется отойти от всех дел, чтобы родить ребенка! Ведь это же моя карьера прервется, а может, и совсем прекратится... - Так ты не хочешь, чтобы у тебя были от меня дети? - казалось, что он поражен до глубины души. - Нет, то есть, да... ну, конечно, хочу,- в замешательстве торопливо согласилась она, но тут же добавила,- но не сейчас. В настоящий момент это будет слишком большой жертвой. Марчелло провел ладонью по щеке подруги и печально произнес. - К несчастью, дорогая, я не могу тебе родить ребенка