Книги в электронном виде

Анатолий АФАНАСЬЕВ / МОНСТР СДОХ

МОНСТР СДОХ Анатолий АФАНАСЬЕВ Анонс Сюжет романа лихо закручен: торговля детьми, донорскими органами - жуткая фабрика смерти. Но на пути зла встает прекрасная девушка Лиза Королькова, богиня спецназа. Часть первая Глава 1 КАХА ЭКВАДОР - СНАЙПЕР ВЕКА Разум Кахе заменяла ненависть. Для жизни абрека - это нормально, для отдыха - плохо. Могучее сердце не знало покоя. Мир для него, как ущелье на закате, делился на два цвета - черный и белый. Черный заметно преобладал. Каха не умел заглядывать в завтрашний день, а прошлое его не занимало. В прошлом не было ничего такого, что хотелось бы вернуть. Убивать он начал рано, первого русича приколол, когда ему едва исполнилось двенадцать лет. Теплым майским вечером на окраине Аргуна подстерег русоволос

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ / СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ Аннотация Издавна деревня Лиходеевка считалась недобрым местом. И люди здесь селились странные. Рассказывали, будто обладают они колдовской силой. Да такой мощной, что даже могли оживлять умерших. Шли годы... Лиходеевка превратилась в один из городских районов. Но здесь попрежнему время от времени происходили загадочные и страшные вещи. Однажды милиция обнаружила чудовищно обезображенный труп. Неужели это действительно дело рук зомби — мертвецов, оживленных дьявольским обрядом? Капитан Казаков был вынужден проверить и такую версию. И по ходу дела оказался в самом эпицентре таинственных событий!.. Посвящается Ольге и Ирине Часть I Если бы ктонибудь рассказал Вален

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ / КРОВАВЫЙ ШАБАШ

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ КРОВАВЫЙ ШАБАШ ГОЛОС ДОВОЛЕН Саван… Черный бархатный саван… Черный бархатный… Слово не выходило из сознания, назойливо повторялось вновь и вновь. — Саван… — помимо воли прошептали губы. — Черный, непременно черный, и, уж конечно, бархатный… — Что ты заладил! — недовольно произнес Голос. — Дался тебе этот саван! Действуй! Шел мелкий дождик, почти совсем стемнело, на улице было пустынно, лишь изредка по асфальту проносились неведомо куда спешащие машины. — Самое время, — сказал Голос. Он попытался отделаться от привязавшегося слова, выбросить его из головы, но тщетно. Изнутри череп словно долбил незримый дятел. Саван… Он крутился возле этого дома почти месяц, выбирая само

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ / Псы Вавилона

Алексей Атеев Псы Вавилона Анонс В небольшом уральском городе начинает происходить что-то непонятное. При загадочных обстоятельствах умирает малолетний Ваня Скворцов, и ходят зловещие слухи, что будто бы он выбирается по ночам из могилы и пугает запоздалых прохожих. Начинают бесследно исчезать люди, причем не только рядовые граждане, но и блюстители порядка. Появление в городе ученого-археолога Николая Всесвятского, который, якобы, знается с нечистой силой, порождает неясные толки о покойниках-кровососах и каком-то всемогущем Хозяине, способном извести под корень все городское население. Кто он, этот Хозяин? Маньяк, убийца или чья-то глупая мистификация? Американец Джон Смит,

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ / СЕРЕБРЯНАЯ ПУЛЯ

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ СЕРЕБРЯНАЯ ПУЛЯ Аннотация Москвичи в шоке. Город захлестнула серия загадочных убийств. Тела погибших страшно изуродованы, но ценности не тронуты. Журналист Осипов, взявшийся раскрыть тайну последнего преступления, теряется в догадках. Кто это? Маньяк? Может быть. А вдруг за всем стоит вмешательство сверхъестественных сил? Ведь сохранились смутные сведения о людяхоборотнях, способных превращаться в медведейубийц. И будто никому не под силу справиться с ними, кроме особых Охотников из древнего рода... Часть первая Глава первая 1 1970 г. Осень. Крым Передвижной цирк шапито расположился совсем рядом с морем. От кромки прибоя его отделяло какихнибудь метров пятьсо

ВИКТОР АСТАФЬЕВ / ЦАРЬ-РЫБА

ЦАРЬ-РЫБА ВИКТОР ПЕТРОВИЧ АСТАФЬЕВ Молчал, задумавшись, и я, Привычным взглядом созерцая Зловещий праздник бытия, Смятенный вид родного края. Николай Рубцов Если мы будем себя вести как следует, то мы, растения и животные, будем существовать в течение миллиардов лет, потому что на солнце есть большие запасы топлива и его расход прекрасно регулируется. Халдор Шепли * ЧАСТЬ ПЕРВАЯ * Бойе По своей воле и охоте редко уж мне приходится ездить на родину. Все чаще зовут туда на похороны и поминки – много родни, много друзей и знакомцев – это хорошо: много любви за жизнь получишь и отдашь, да хорошо, пока не подойдет пора близким тебе людям падать, как падают в старом бору перестоялые сосны, с тяжелым хрустом и долгим выдохом... Однако доводилось мне

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ / ЗАГАДКА СТАРОГО КЛАДБИЩА

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ ЗАГАДКА СТАРОГО КЛАДБИЩА Если бы кто-нибудь рассказал Валентине Сергеевне Петуховой о том, в какой водоворот таинственных и невероятных событий она будет вовлечена, эта пожилая, но весьма энергичая дама только посмеялась бы. Ни во что сверхъестественное она не верила. Мало того, она всю жизнь боролась с религиозным мракобесием и была ярой атеисткой. Библиотека, которой руководила Валентина Сергеевна, отличалась высоким уровнем атеистической пропаганды. Здесь постоянно устраивались различные выставки, развенчивающие неприглядную роль религии в современном обществе. Другим ее увлечением были сбор и засолка грибов. Эти две, казалось бы, противоположные страсти

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ / БЕШЕНЫЙ

АЛЕКСЕЙ АТЕЕВ БЕШЕНЫЙ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава первая Этот день Тихореченск запомнил надолго. И годы спустя жители города нетнет да и помянут те достопамятные события. Но начнем по порядку. В августе темнеет быстро. Часов в десять городок уже окутала теплая летняя ночь. С реки подул освежающий ветерок. Жара сменилась относительной прохладой. В столь позднее время город обычно спит, но была суббота, а значит, выходной. К тому же лето кончалось, и жаль было терять ни с чем не сравнимое время. Поэтому, несмотря на темень (а освещение Тихореченска оставляло желать лучшего), улицы были полны народа. Молодежь дефилировала у автовокзала. Переносные магнитофоны сладко пели или, наоборот, рычали. Люди постарше сидели на скамейках возле своих домов, пе

ВИКТОР АСТАФЬЕВ / ТАК ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ

ТАК ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ ВИКТОР АСТАФЬЕВ Во здравие живых, во славу павших побратимов-окопников Автор * Часть первая ДОРОГА НА ФРОНТ Фронтовые дороги ведут в бесконечность и никогда не повторяются. Но их разнообразие, переменчивость, неудобь – не способствуют бодрости, в особенности если едешь по ним ночью, – а все передвижения близ фронта происходят в основном в ночное время, и давно кажется, если не год, то уж неделю наверняка сидишь за рулем. И усталость, и ночь, и пение мотора машины-полуторки не просто навевают сонливость, но клонят в сон, одолевает расслабляющая бесчувственность, склеиваются глаза, меркнет сознание, покидает шофера чувство страха и ответственности. Будто расстроенная струна звучит на расстроенной балалайке: гынь-гынь-гынь, гань-гань, гане... гы-ы-ынь... г

ВИКТОР АСТАФЬЕВ / ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ-2

ВИКТОР ПЕТРОВИЧ АСТАФЬЕВ, ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ. КНИГА ВТОРАЯ. ПЛАЦДАРМ Annotation Великая книга великого русского писателягуманиста 20го века о Великой Отечественной Войне. Книга вторая. Плацдарм Вы слышали, что сказано древним: «Не убивай. Кто же убьет, подлежит суду». А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду… От Матфея, 5, 21–22 Накануне переправы В прозрачный осенний день, взбодренный первым студеным утренником, от которого до высокого солнца сверкал всюду иней и до полудни белело под деревьями, за огородами частоколов, в заустенье хат, передовые части двух советских фронтов вышли к берегу Великой реки и, словно бы не веря себе, утихли возле большой воды – самой

ВИКТОР АСТАФЬЕВ / ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ-1

ВИКТОР ПЕТРОВИЧ АСТАФЬЕВ, ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ. КНИГА ПЕРВАЯ. ЧЕРТОВА ЯМА Annotation Великая книга великого русского писателягуманиста 20го века о Великой Отечественной Войне. Книга первая. Чертова яма Часть первая Если же друг друга угрызаете и съедаете. Берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом. Святой апостол Павел Глава первая Поезд мерзло хрустнул, сжался, взвизгнул и, как бы изнемогши в долгом непрерывном беге, скрипя, постреливая, начал распускаться всем тяжелым железом. Под колесами щелкала мерзлая галька, на рельсы оседала белая пыль, на всем железе и на вагонах, до самых окон, налип серый, зябкий бус, и весь поезд, словно бы из запредельных дале

ВИКТОР АСТАФЬЕВ / ПАСТУХ И ПАСТУШКА

ПАСТУХ И ПАСТУШКА СОВРЕМЕННАЯ ПАСТОРАЛЬ ВИКТОР АСТАФЬЕВ Любовь моя, в том мире давнем, Где бездны, кущи, купола, - Я птицей был, цветком и камнем. И перлом – всем, чем ты была! Теофиль Готье И брела она по дикому полю, непаханому, нехоженому, косы не знавшему. В сандалии ее сыпались семена трав, колючки цеплялись за пальто старомодного покроя, отделанного сереньким мехом на рукавах. Оступаясь, соскальзывая, будто по наледи, она поднялась на железнодорожную линию, зачастила по шпалам, шаг ее был суетливый, сбивающийся. Насколько охватывал взгляд – степь кругом немая, предзимно взявшаяся рыжеватой шерсткой. Солончаки накрапом пятнали степную даль, добавляя немоты в ее безгласное пространство, да у самого неба тенью проступал хребет Урала, тоже немой, тоже недвиж