Книги в электронном виде

ЖЕРО Мишель / Жаркая ночь

случае есть надежда, хотя и слабая, что они с Магнуссоном поладят. Ну как же, ведь он проявит великодушие! Энни подняла голову и посмотрела сквозь листву деревьев на небо. Авантюра, конечно, но что поделаешь, если другого способа поладить с Магнуссоном у нее нет. И потом, проживание с ним под одной крышей не подарок. Похоже, она ему не очень-то понравилась, хотя он и пялился на ее попку. - Льюис, Льюис, - прошептала Энни, сдвинув брови, - хорошо бы тебе оказаться сейчас здесь. Если же ты и в самом деле дезертировал, сбежал с какой-то смазливой индианкой, я задам тебе жару. Как только тишина леса поглотила ее последние слова, по спине Энни отчего- то пробежал холодок. Она бросила взгляд на густые ветви, усеянные пожухлой от жары коричневатой листвой,

Айронс Моника / Белая ворона

арии в ладони. - Тихо, тихо, - мягко произнес он. - Вы обязательно должны поехать в больницу. Я настаиваю на этом. - Я боюсь! - прошептала Мария. - Моего Тонио положили в больницу, и он там умер. - Это случилось много лет тому назад, - возразил виконт. - С тех пор медицина сильно шагнула вперед. Вас непременно вылечат. Будьте же благоразумны, Мария. Сделайте это для меня. Пожилая синьора перестала метаться по подушке. - Я боюсь... - вновь слетело с ее губ. - Вам совершенно нечего бояться, - заверил ее Феличе. - Ведь я буду с вами. - Разве вы можете поехать в больницу? - Я постоянно буду находиться рядом. Все время, понимаете? Давайте-ка поднимемся... - Феличе откинул одеяло, поднял больную на руки и вынес в гостиную, г

ХОКИНС Карен / Роковой поцелуй

Богу, Анна улыбнулась. Сэр Финеас успокоился. Разумеется, он не даст внучку в обиду. - Очень смешно, - призналась она, - особенно когда он умылся моим оранжадом. - Полагаю, ты с ним ловко расправилась. Однако тень огорчения мелькнула в ее серых глазах. - Не стоило приходить туда, где тебя не любят, и этот коротышка дал мне это понять. Сэру Финеасу было стыдно. Ведь виной всему он. Более семисот лет никому из их рода не приходилось зарабатывать себе на жизнь. Дожили! Не то чтобы он гнушался работы, нет - иногда это бывает полезно. Но постоянно трудиться было не в привычках Тракстонов. Для Тракстонов это было скорее исключением, чем правилом. И теперь ему было горько видеть, каким трудом достаются внучке деньги. Это было невыносимо. Внезапно Анна что

Ильин Владимир / Куб со стертыми гранями

во много раз молекулы. Вопреки ожиданиям Лигума, надеявшегося хотя бы на два очка, в среднюю лузу закатился лишь один шар - и то какой-то хилый, потому что долго раздумывал, стоит ли ему вообще покидать уютную и ровную поверхность стола. И почему-то не образовалось ни единой "подставки". Лигум сделал глубокомысленное лицо и пошел вдоль борта, прикидывая, какой из шаров можно избрать следующей жертвой. Склонив свою круглую, коротко стриженую голову к плечу, Шерм следил за своим противником с мягкой улыбкой. На вид ему было уже за сорок, и походил он не на хардера, а, скорее, на теннисиста или на артиста балета. У него были широкие плечи, загорелое дружелюбное лицо и мягкие точные движения, наполненные грациозной пластикой. Наконец Лигум выбрал шар под номеро

Семенова Мария / Повести

тебя промолчать о том, что ты, как тебе кажется, знаешь? Сакси нахмурился. - Значит, тебе можно говорить, а мне нельзя? - Я-то не скажу, - ответила Бёдвильд, и он знал, что так оно и будет. - Но вот если ты проболтаешься, мне придётся хуже, чем пришлось бы тебе, если бы это я проболталась. - Почему? Бёдвильд сказала: - Не знаю. Просто мне будет плохо, вот и всё. Тогда Сакси поднял голову и гордо сказал: - Клянусь тебе бортом лодьи, пусть он отвалится у неё посреди моря. Клянусь тебе краем щита, пусть он рассыплется в прах от первого же удара. Клянусь тебе конским хребтом, пусть он меня не снесёт. И ещё сталью меча - пусть я никогда не возьму его в руки, если хоть полслова скажу кому-нибудь обо всём этом деле! В ту осеннюю ночь, на бо

Рогожин Михаил / Мой нежный убийца

собом лучше получится. Этот, по крайней мере, хоть не зарежет. Но ведь тоже убийца! Везет же мне. Лимон тяжело дышит прямо в ухо. Стараюсь отклонить голову. Безуспешно. Он уже полностью потерял контроль над собой. Значит, сейчас кончит. Только бы у него сухостой не начался. Иначе затрахает. От этой мысли вся прихожу в движение. Теперь уже я выкладываюсь из последних сил. Лимон - на вершине блаженства, но никак не ослабевает. Тянусь руками к нему. Но сама уже плохо соображаю. Бешеный темп, от которого все ощущения притупляются. Дал бы чуть-чуть передохнуть... Боже, затрахает! Ору, как ненормальная, во весь голос. Это, должно быть, окончательно доводит его, и он впивается в меня всем телом. Слава богу, наполнил меня. Черт, ноги сводит судорогой. Это потому, чт

Пронин Игорь / Свидетели крысолова

ка уже не была его союзником. - Значит, больше этого знают только в верхах? - Да, но туда ты не подберешься. Насколько я понимаю, удивительно много руководителей всяческих структур покидают Москву. Отправляются отдыхать... Это неспроста, просочились, наверное, слухи... Усилена охрана. - Отиль тоже вчера убит? - Нет. Дмитрий едва не подпрыгнул: - Продолжает работать?! - Он исчез несколько дней назад. Просто исчез, и все. Это Терехин сказал. Небо постепенно затягивало облаками, на скамью упала тень. Живец поднялся, поправил куртку. - Мне пора. Ты остаешься? - Да. - Снежинка опять полезла за конфетками. - Всю жизнь работала на правительство и общество и теперь не собираюсь от них бегать. Терехина прикончила, вот и хватит.

Пратчетт Терри / [Плоский мир 20.] Санта-хрякус

носится к людям, которые никогда не моют руки. Обычно они занимались тем, что перемещали различные вещи. Иногда эти вещи находились, скажем, по другую сторону стальной двери или в чужом доме. А иногда "вещами" оказывались люди, слишком незначительные, чтобы вовлекать в дело Гильдию Наемных Убийц, но тем не менее оказавшиеся в неподходящее время в неподходящем месте. Как правило, этих самых людей перемещали в более подходящее место - например, на дно морское . Никто из пятерки ни в одну из официальных Гильдий Анк-Морпорка не входил, но недостатка в клиентах они не испытывали - причем эти самые клиенты зачастую как раз являлись членами вышеупомянутых Гильдий. Одним словом, работы хватало. Всегда находилось нечто, нуждающееся в перемещении из пункта А в пункт Б или, допу

Пратчетт Терри / [Плоский мир] Мост троллей. ТЕАТР ЖЕСТОКОСТИ.

Самаров Сергей / ВРЕМЯ ТЕНЕЙ

, что в обойме не хватает двух патронов. Это не смутило, он привычно дослал очередной патрон в патронник и поставил оружие на предохранитель. И едва успел засунуть пистолет за брючный ремень на спине, как плавно и широко распахнулась дверь кабинета. Первые двое вошедших представляли из себя обыкновенных "быков", накачанных вдоль и поперек, как резиновые игрушки. Внешне перед каждым из них Тарханов проигрывал. Но ему, что было уже неоднократно проверено, таких сломать и руками - без пистолета - не слишком сложно. Третий вошедший впечатлял только умными глазами и безукоризненной манерой одеваться. Одна золотая заколка с бриллиантиком на стодолларовом галстуке выдавала человека, не ограниченного в средствах. Этот третий сразу сел за стол, прямо против Артем

Седлова Валентина / Восемь-восемь, или предсвадебный марафон

сякие речушки и прудики. А уж если там еще и рыба водится... Он неоднократно пытался приобщить ее к таинствам рыбалки, но увы и ах - насаживать червяка приходилось Ивану Антоновичу, забрасывать удилище ему же, снимать случайно попавшийся улов - понятно кому. Кристина не хотела прикасаться к холодным и скользким рыбьим спинам, а уж про червяков и говорить нечего. Уху Иван тоже готовил без ее вмешательства. Ладно, если на сегодня опять намечена рыбалка, часик-другой можно и потерпеть. Но не больше. Медитация на заросших ряской водах не входила в список увлечений Кристины. Так, а что завтра? Наверное, поход по местным достопримечательностям. Видимо, в этот раз придется посетить какой- нибудь краеведческий музей. Тоже не сильно интересно, но может быть удастся по

Брукс Хелен / Нечаянная любовь

что вы пожалеете о том, что родились на этот свет. От его бесстрастного голоса ей стало жутко. Она отдернула руку с лег- ким испуганным возгласом: - Я вас ненавижу! - Вы мне уже говорили об этом. - Неожиданно его ледяные глаза засве- тились едва сдерживаемым гневом и еще чем-то таким, чего Рия не могла определить. - Что ж, прекрасно, продолжайте в том же духе. Димитриос отвернулся и ушел в таверну. Однако уже через несколько се- кунд грубо схватил ее за руку и потащил к машине. Почти силой затолкал ее внутрь и захлопнул дверцу. - Сидите тихо и не говорите ни слова. У меня нет желания с вами раз- говаривать, у меня нет желания на вас смотреть, - сказал он, садясь за руль. Греческий акцент вдруг снова появился у него. Остаток пути они проделали в