Книги в электронном виде

Куин Джулия / Плутовка

типичен? Генри прикусила нижнюю губу, почувствовав, что загнана в угол. - Вы весьма дружелюбны. - А другие мужчины - нет? - Не ко мне. Он улыбнулся. - Очевидно, они не знают, как много теряют. - Послушайте, - произнесла она, прищурясь, - вы, случайно, не иронизируете? - Поверьте мне, Генри, я вполне откровенен. Вы - самый интересный человек из всех, кого я встречал за последние годы. Она пристально посмотрела на него, стараясь обнаружить признаки фальши, но не увидела их. - Хотелось бы верить вам. Он разглядывал женщину, сидящую напротив, и улыбался. В ее лице трогательно сочетались самоуверенность и тревога. Сознание ее было слегка затуманено вином, и она говорила, размахивая рукой, не обращая внимания на кусочек фа

Ламур Луис / Крепкие парни

рой вода помчится с бешеной скоростью. Тэку приходилось видеть, как в таких местах бревна словно щепки крутит, бьет о валуны и каменные стены, пока они наконец не вырываются на равнину. Он тут же осознал, что ни одно живое существо не сможет выбраться из черной, ревущей глубины ущелья, а если и выберется, то это будет истерзанный кусок безжизненной плоти. Бревно, которое оседлал Тэк, ударило волну, и его захлестнула вода. Потом оно беспомощно закрутилось в повороте русла. Впереди, за другим поворотом, грохотало, бесновалось ущелье. Бревно качнулось и вдруг зацепилось корнями за груду вынесенного течением мусора, развернулось и перегородило поток. Отчаянно цепляясь за него, Тэк пополз к корням, и в тот момент, когда неистово мчавшаяся вода вырвала ствол, он прыжком мет

Гленвилль Э. / Зулусы наступают

- Животные, сидящие на корточках, - сказала Суолла, всматриваясь в черную точку на вершине скалы, залитой лучами солнца. - Не люблю животных, сидящих на корточках. Кару долго смотрел на горный хребет. - Там есть жилища-пещеры. Я вижу белые тропинки, проложенные людьми. Но дыма не видно. - Может быть, сегодня утром они заметили дым нашего костра и спрятались в засаду, - отозвался Дакуин, пережевывая сочный корешок. - Нет, я думаю, что они ушли отсюда. Должно быть, и здесь побывали кафиры, - возразил Кару. Беглецы осторожно пробирались вперед и, наконец, остановились у тропинки, издали замеченной Кару. Три пары зорких глаз тотчас же разглядели ветку, воткнутую в землю листьями вниз, а стеблем вверх. Это был знак, оставленный ушедшими бушменами, к

Брэнд Макс / Тропа джексона

ьшом расстоянии. Но стоило ему только приблизиться, как они сразу же унеслись прочь. К счастью, в табуне были и другие, по-видимому, более старые лошади, которые не обращали на него внимания, пока он не оказался совсем рядом с ними. Джексон обрел уверенность. Его лассо было готово для броска, и он выбрал рослую пегую, производившую впечатление, что она способна идти легким галопом без передышки достаточно долго. Он сделал бросок. Но уже бросая лассо, понял, что ничего не выйдет - расстояние было слишком большим, по крайней мере, для такого ковбоя, как он. Поэтому и не удивился, когда, хлестнув пегую по груди, петля упала на землю. Все - он проиграл! Но нет! В следующий момент Джесси увидел, что пегая застыла на месте, высоко вскинув голову, хотя все осталь

Булычев Кир / [Театр теней 1.] Вид на битву с высоты

же не умею стоять на голове. - Она предложит тебе переходить к нам на работу. Нам позарез нужны полевые сотрудники. - Это тоже твоя инициатива? - Я - винтик в машине, которая зовется Институтом экспертизы. Но нашему институту позарез нужны люди со всякими удивительными способностями. Потому что у нас бывают очень сложные экспедиции... и наши ребята даже порой... погибают. - Значит, наблюдение за мной не прекращается, но изымается из твоего ведения? - Значит, ты станешь одним из нас. - Все это глупо, Катька, - сказал я. - И дождик совсем прошел. Пошли погуляем. Допивай свой соленый напиток - и смываемся, не заплатив. - А как? - заинтересовалась Катрин. Моральные устои мои рухнули. Одно дело быть равноправным членом общества, молодым

Булычев Кир / [Театр теней 2.] Старый год

лся. - Вы только из-за вкуса пьете? - спросил Егор. - А ты попробуй, давай я тебе другую бутылку открою. Ты попробуй, внутрь проходит, а реакции никакой. Хоть, ведро выпей. Дать попробовать? - Егор, не смей и думать! - приказала Люська, опытная в обращении с пьяницами. - Это так начинают с глоточка, с рюмки. А потом вся жизнь будет поломанная. - Не буду я пить. Видите, - сказал Егор, улыбнувшись, потому что его вдруг тронула забота Люськи. - И правильно, - сказал Пыркин. - Мне больше останется. Он громко засмеялся, хотя смеяться ему не хотелось. Потом оборвал смех, и сразу стало тихо. Тишина напомнила, что они здесь одни. - Ну пошли, что ли, - сказал Пыркин. - Куда? - спросил Егор. - Вам здесь оставаться нельзя. Сожрут, убьют, и

Капитонов Константин Алексеевич / Израиль. История Моссада и спецназа (rtf)

Максимов Михаил Маркович / Очерк о серебре (rtf)

Джером К. Джером / Первая книжка праздных мыслей праздного человека

разбрасываются ум, сердце, душа, когда эти предметы оказываются лишней тяжестью, стесняющей движение вперед. Вглядитесь в этот волнующийся поток, состоящий из мужчин и женщин, старых и молодых, благородных и низкородных, богатых и бедных, веселых и печальных, и посмотрите, как все они перемешиваются, толкаются, скользят, падают и все спешат, спешат, чтобы не только не отстать от других, но непременно, по возможности, обогнать многих. Сильный сталкивает в сторону слабого; глупый, но нахальный опережает умного, но скромного; задние толкают передних, и без того уже выбивающихся из сил от быстроты бега. Вглядитесь еще пристальнее - и вы различите отдельные части живого бурлящего потока. Вот плетется дряхлый, задыхающийся старик, а сзади его догоняет молодая девушка со с

Ван Вогт Альфред / Тьма над диамондианой

ся к новому дню. Невозможно было обмануться сильнее: мир джунглей не засыпал. Он просыпался, и долина уже на три четверти ожила. Нетерпеливые джунгли едва ли не слишком торопились встретить наступающую ночь. Повсюду уже протянулись тени, а там, где лес был гуще всего, почти ничего не было видно. Маленькая речка, поившая всю эту буйную растительность, местами почти исчезала под растениями, которые она питала. Тысячи лиан тянулись к этому потоку воды, и только их собственные ветви мешали им окунуться в него. Река текла с севера и прежде, чем оказаться здесь, пересекла травянистую равнину, преодолела двадцать километров извилистого пути по оврагу и вырвалась на другую равнину, где духота была еще сильнее. Мирная делегация людей, подошедшая с северо-востока, не видела

Михановский Владимир / Аполлон

елу. Болтая в воздухе ногами, начал медленно, рывками продвигаться в сторону крюка, которым оканчивалась стрела. Уже через несколько метров пути ладони мальчика начали гореть, словно натертые наждаком. Мешал ветер, который здесь, на большой высоте, был гораздо сильнее, чем внизу. Его порывы раскачивали тело, и удерживаться становилось все труднее. Фигурки ребят метались внизу, на молу. Они размахивали руками, что-то кричали. А внизу, под ногами, ходили разъяренные волны, но туда было лучше не смотреть. Добравшись до середины, Коля остановился. Вернуться? Нет, ни за что! Только бы до крюка добраться, на нем можно посидеть и отдохнуть. О том, как он будет проделывать обратный путь, Коля предпочитал не думать. Сцепив зубы и закрыв гл

Михановский Владимир / Берег надежды