Книги в электронном виде

Владимиров Виталий / Колония

сказано - сделано, а у нас давай характеристику, анкеты, партгруппа. партбюро, райком, комиссия старых большевиков, которая в ос- новном занимается разбором персональных дел - получается что-то сходное между выездом заграницу и персональным делом, потом должно выйти реше- ние. Глядишь, ушло полгода, восемь месяцев. За это время закрыли специа- листу научную работу, премии перестали выплачивать, произошло отчужде- ние, как со мной, а сама идея как-то поблекла, заглохла и не выглядела уже столь привлекательной при ближайшем рассмотрении и подсчете предсто- ящих расходов. Почесав в потылице, сказали бедолаге - нет в тебе потреб- ности. А может сказали и не почесавшись. А может и не сказали даже, а просто забыли о человеке за ненадобностью. Он же, уже намылившись

Владимиров Виталий / Крест

прочитал первые строки первого стихотворения: По прихоти погоды странной притих пейзаж в дали туманной - старинный парк в весенней ра- ме... Крякнул, крепко, со скрипом потер шершавую щеку и вынес приговор: - Не Пушкин, конечно, но все-таки... Тираж-то какой? Тираж и гонорар стали единственной темой обсуждения книжки Леонида коллегами по работе. Илья Жихаревич, школьный дружище, уставился на книжку, словно скульптор на кусок мрамора или столяр на доску, почему-то только переп- лет стал объектом его пристального внимания, он даже поковырял его пальцем, неопределенно хмыкнул и стал подробно рассказывать, как напря- женно и интересно ему работается с редактором над новой своей научной статьей. Николай молча взял, не разворачивая, глянул -

Владимиров Виталий / Рассказы

.. - В мае устроит? - деловито спрашивал Буров. - В мае хорошо, в мае цветет сакура, - закивала головой Анита. - Не путай "Сакура" - это ресторан японский, - отмахнулся от нее Буров. Кстати, ты же сейчас в Чехословакию намылился, так тебе справку о здоровье не надо будет еще раз получать... Буров уже планировал, как совместить весеннюю охоту с поезд- кой Голикова, Анита уверенно подливала масла в огонь - она помо- жет быстро сделать визу Голикову, есть у нее дружок в консульском отделе, а вот за это обязательно надо махнуть, сказал Буров, нет, не за дружка, а за Аниту, зови ее, Голиков, просто Анютой, Нюра-сан, Анюта, в свою очередь, захотела выпить за Бурова, потом Голиков поднял тост за них и за дружбу советского и японского народов, и даже неуклюже

Владимиров Виталий / Свое время

ит, готовят что-то серьез- ное. Уже три группы послали, но они пропали, не было связи с ними. Вот в следующую группу я и попал, я же до войны в аэроклубе занимался, имел шесть прыжков. Остальные, как оказалось, ни разу не прыгали. Четверо нас было, радист пятый. Перед самым вылетом один исчез, как потом выясни- лось, в санчасть ушел, но никому не сказался, испугался, видно, а у меня во взводе товарищ был, Петр. Я - Павел, он - Петр, нас так и звали Пет- ропавловском, все время вместе - он и вызвался лететь. Я попросил летчи- ка пониже спуститься, чтобы не раскидало нас, он кивнул, ладно, мол, а когда парашют раскрылся, вижу - до земли далеко. Ночью прыгали, но луна светила, и, что самое главное, мешок с продовольствием у меня оторвался, видно, узел я не туго затянул.

Владимиров Виталий / Северный ветер с юга

ми и засеменила, боясь поскользнуться, к отцу. Догнала, схватила за рукав и потянула в свою сторону. Они стали друг другу что-то горячо доказывать, пока мать не махнула рукой и не пошла в прежнем направлении. Отец озада- ченно покрутил головой и все же двинулся к женским палатам. Я, перепрыгивая через ступеньки, слетел вниз, схватил пальто, нахло- бучил шапку и выскочил во двор, столкнувшись в дверях с мамой. - Сыночек, здравствуй!.. Ты куда?.. Погоди, не выходи, оденься, где у тебя шарф? В кармане?.. Надень немедленно! А перчатки?.. Ты не беспокой- ся, сейчас пока еще тепло, поноси эти, а я тебе варежки связала, теплые, двойные, вот только пальцы осталось, ты уж подожди дня два-три, не успе- ла я, а в следующий раз я обязательно принесу... Ну, как ты тут?.. - Ма, ты

Во Ивлин / Незабвенная

каждом шагу встречал в Соединенных Штатах. На ее белом форменном платьице, слева, над высоко поднятой грудью, было вышито: "Моргпроводница". - Чем могу быть полезной? - Мне нужно договориться о похоронах. - О ваших собственных? - Нет, конечно. А что, похоже, что я отхожу? - Простите? Не поняла. - Разве похоже, что я вот-вот умру? - О, нет! Просто многие из наших друзей клиентов предпочитают Досрочные Приготовления. Пройдите, пожалуйста, сюда. Она провела его через зал в мягко освещенный коридор. Здесь интерьер был выдержан в георгианском стиле. "Индусская песнь любви" кончилась, и теперь ее сменило пение соловья. В маленькой, задрапированной кретоном гостиной Деннис и девушка присели, чтобы обсудить все необходимые приготовления.

Войтенко Михаил / Феномен Тили Кидалкиной

м этапе, очень скуден, если исходить из нашего с Тилей опыта. Требуются, если не было таковых, навыки в компьютере, некоторое знание Интернет и путей в нем, интуитивная психология. Лучше всего, при отсутствии вышеуказанного, наличие под боком человека, который способен провести через первые рифы и барьеры, подсказать, составить первые тексты и так далее - наставника. Наверняка срабатывают, конечно, и всякие расплодившиеся платные службы знакомств, но они больше похожи на конвейер по производству сосисок - оформление, тексты и общая атмосфера, заимствованная из публичного дома, вызывают в впечатлительном человеке чувство глубокого омерзения. Но в данном случае речь вообще не о том - не о поисках единственного и неповторимого (заметим в скобочка

ВОЛКОВ Александр Мелентьевич / Римляне (пьеса)

дах, в полный рост... Так что клюнуть-то я клюнул, но тут же и выплюнул - не подсекли... Но каков зверь, Таня! Особенно в гла- зах простого народа... Впрочем, что народ?.. Политический фантом. Мираж. Миф... Садится в кресло, набивает трубку, раскуривает. Татьяна (смотрит на него из глубины веранды). Мы начали говорить об Антоне... Андрей Николаевич (слегка покачиваясь в кресле). Об Антоне... Об Ан- тоне... Подросток. Тинейджер. Лет пять назад надо было начинать, отправить за границу - людей посмотреть, себя показать. Ему было бы проще - не безъязыкий. Татьяна. Нечего было показывать. Андрей Николаевич. Не скажи!.. В таком возрасте да еще с такими дан- ными человек представляется в собственных глазах всемогущим!.. А это го- раздо важнее чужого

Воннегут Курт / Бойня номер пять, или крестовый поход детей

мамаше вместо пресс-папье настоящие испанские тиски для пальцев в полной исправности. Другой раз он ей подарил настольную лампу, а подставка, в фут высотой, изображала знаменитую "железную деву" из Нюрнберга. Подлинная "железная дева" была средневековым орудием пытки, что- то вроде котла, снаружи похожего на женщину, а внутри усаженного шипами... Спереди женщина раскрывалась двумя дверцами на шарнирах. Замысел был такой: засадить туда преступника и медленно закрывать дверцы. Внутри были два специальных шипа на том месте, куда приходились глаза жертвы. На дне был сток, чтобы выпускать кровь. Вот такие дела. Вири рассказывал Билли Пилигриму про "железную деву", про сток на дне и зачем его там устроили. Он рассказал Билли про пули "дум-

Воннегут Курт / Галапагосы

состав, чтобы модернизировать производство в Илиуме. Сделать это подрядилась японская компания "Матсумото". Та самая, что оснащала автоматикой "Bahia de Darwin". В ней же служил *3енджи Хирогуши, молодой компьютерный гений, остановившийся со своей женой в отеле "Эльдорадо" в то самое время, когда там жила Мэри. После завершения установки компьютеров и роботов всем производством, по замыслу "Матсумото корпорейшн", смогли бы управлять всего двенадцать человек. Поэтому те, кто был помоложе, не обремененный детьми или по крайней мере не питавший честолюбивых надежд на будущее в этом царстве автоматики, толпами покидали город. Как скажет позже Мэри Хепберн в свой восемьдесят первый день рождения - за две недели до того, как ее съест громадная белая акула:

Воннегут Курт / Колыбель для кошки

ялись, то есть замерзали, по-иному. Жидкость, которая кристаллизовалась, не изменялась, но сами кристаллы для использования в промышленности уже не годились. Как это вышло, осталось тайной. Теоретически "злодеем" была частица, которую доктор Брид назвал _зародыш_. Он подразумевал крошечную частицу, определившую нежелательное смыкание агомов в кристалле. Этот _зародыш_, взявшийся неизвестно откуда, научил атомы новому способу соединения в спайки, то есть новому способу кристаллизации, замораживания. - Теперь представьте себе опять пирамидку пушечных ядер или апельсины в ящике,- сказал доктор Брид. И он мне объяснил, как строение нижнего слоя пушечных ядер или апельсинов определяет сцепление и спайку всех последующих слоев. Этот нижний слой и есть _зародыш_ того, как будет

Воннегут Курт / Мать Тьма

в измене саботировали. Меня освободили на основании никогда не существовавших документов о моем гражданстве, и мне помогли исчезнуть. Я приехал в Нью-Йорк под вымышленным именем. Я, как говорится, начал новую жизнь в моей крысиной мансарде с видом на уединенный садик. Меня оставили в покое, настолько в покое, что через некоторое время я смог вернуть свое собственное имя, и почти никто не подозревал, что я -- тот Говард У. Кемпбэлл-младший. Время от времени в газетах и журналах я встречал свое имя, но не как сколько-нибудь важной персоны, а как одного из длинного списка исчезнувших военных преступников. Слухи обо мне появлялись то в Иране, то в Аргентине, то в Ирландии... Говорили, что израильские агенты рыскают в поисках меня повсюду.